Ловушка для дураков

Руки не доходили. Кассир, посаженный Петровичем в «Самшит», свои обязанности выполнял исправно. Проколов не было. Гудков оказался не таким уж рохлей, каким показался в первую встречу. Сейчас Артем пожелал его увидеть. Зачем это ему понадобилось?

Яковлев не узнал по голосу, кто с ним говорит. А хоть бы и узнал, что это меняет? Не спросишь ничего.

Голос по телефону был вежливый и какой-то безликий. Все это очень не понравилось Петровичу.

— Что хмуришься, хозяин? — возле него стоял шеф-повар ресторана.

Петрович завистливо вздохнул. Вот живет человек без проблем. Занимается своим делом, знает его прекрасно, мастер экстра-класса. Ни о чем дурном голова не болит.

— Гостей жду, — ответил он.

— Сделаем по высшему разряду.

Яковлев скривился. Дожил! Перед таким ничтожеством, как Гудков, выплясывать придется. А Переверзев? Про председателя Фонда ни слова сказано не было.

«Артем заставит, раскаленные сковородки лизать будешь», противно проскрежетало внутри. Он сжался. Обретенное спокойствие улетучилось, как дым. Тревога, что угнетала его последнее время, вернулась. И теперь ее нельзя было заглушить коньяком.

Мысли лихорадочно теснились в голове. Яковлев напоминал зверя, окруженного врагами. Он должен контролировать каждое движение, каждый шаг, чтобы спасти свою шкуру.

В который раз он пожалел о том, что затеял игру с Артемом.

Ашот Мирзоян несколько дней находился в Рыбинске. Поселился он у своего приятеля Евгения, с которым познакомился несколько лет назад, как только приехал в эти места. Евгений был охотник, он жил один с охотничьей собакой Миртой, прекрасно выученной легавой.

Все сложилось очень удачно.

— О, — обрадовался Евгений приезду приятеля, — а я как раз на боровую дичь собрался в ваши места. Может, вместе махнем? — предложил он, узнав, что у Ашота отпуск.

— Нет, — отказался Мирзоян. — Можно я у тебя поживу несколько дней?

— Нет вопросов. Ты меня случайно застал, я еще вчера должен был уехать. Сорвалось. Эх, закачусь сейчас в Брейтово. Сплю и вижу. Перед снегом боровую дичь можно взять. Утки еще не все улетели. Собака на ушах стоит, чует, охотничек. — Он потрепал легавую по голове.

Мирта, подозрительно обнюхав сумку Мирзояна, залаяла.

— Не бойся, не тронет. Это она перед охотой беспокойная. Чуткое животное.

Евгений с Миртой уехали рано утром. Ашот остался в квартире один. Не надо было ни перед кем притворяться, следить за каждым словом, последнее время он так устал от этого. Все вокруг казалось подозрительным.

Запершись в квартире, он наконец смог внимательно рассмотреть драгоценности, волею случая попавшие к нему в руки.

Внимание привлек золотой перстень с геральдическим щитом, покрытым красной эмалью, с золотой фигуркой Георгия Победоносца.