Ловелас в законе

Никита в окно вылез, а кто-то его по голове…

— Этот кто-то через окно вылез! Чтобы мы не заметили! А ты видела!..

— Никита, скажи ей, чтобы заткнулась, а то я ее сейчас убью.

— Я не против. Сейчас высажу вас без денег, и будете убивать друг друга.

— Без денег? — Вероника задумалась.

— А зачем тогда убивать? — осведомилась Даша.

Барышни промолчали. Никита воспринял это как согласие и нажал на круглую, похожую на ружейную гильзу педаль, но мотор не заводился.

— Даже машина от вас устала! Не тарахтит так, как вы!

— А ты с ней поласковей поговори. Вдруг затарахтит? — сказала Даша.

— Может, ее в долю взять? Как думаешь, это ласково будет? — поинтересовался Никита.

— А если ей все отдать?

— А зачем ей деньги?

— Чтобы в «Феррари» превратиться и покойников на себе не возить.

Никита вышел из машины, глянул на восток, где над горизонтом уже светлело небо. Грузовик у Федота хоть и старый, но неплохо укомплектованный. Тут и лопата была, и ведро, и ручной стартерный ключ. Но с «кривой ручки» машина заводиться никак не хотела.

— Может, она устала? — спросила Вероника.

— А разве я не говорил, от чего она устала?.. — спросил Никита.

— Пусть отдохнет, — сказала Даша.

— Вот и я думаю, что вам пора поменяться местами.

Никита снял с держателей лопату, бросил ее на землю, достал из кузова вилы и только после этого взялся за труп. Он сам затащил тело за кусты, выбрал место для захоронения, лопатой отметил контур, снял дерн.

— Дальше сами! — вручая лопату Даше, сказал Яшин.

— А почему я? — возмутилась она.

Веронике он всучил вилы, чтобы без дела не простаивала.

— А я деньги пока посторожу, — сказал Никита и направился к машине.

— Я так не играю! — протянула ему вслед Даша.

— Как только починю, сразу же уеду. У вас всего два часа. Не поубивайте здесь друг друга.

Очень скоро он понял, что с машиной ему не справиться. Аккумулятор дохлый, искры не было, бензин в карбюратор не поступал. Все казни египетские разом.

У его девчонок работа тоже не шла. Ругались они куда бодрее, чем копали. Пришлось Никите самому браться за дело.

Было уже совсем светло, когда он вернул снятый дерн на место.

— Неужели все? — спросила Даша и зевнула от всей души.

Вид у нее был такой, как будто всю работу от «а» до «я» сделала она, причем в ударном темпе.

— Не все, — сказала Вероника. — Несколько добрых слов на прощание.

— Какие на хрен добрые слова? — возмутилась Даша. — Этот козел брата моего убил! Да и меня собирался прикончить. На себе заставлял деньги тащить, как будто я лошадь ломовая.

— Не знаю. Если бы не Суржик, то мы с Никитой не сбежали бы, — проговорила Вероника. — Спасибо ему!

— Он моего брата убил!

— Он Федота застрелил, который Никиту собирался сжечь.