Ловелас в законе

Заодно и всех прочих.

— Сегодня не могу. А завтра подъеду, привезу пятьсот… нет, шестьсот штук.

— Здесь и сейчас или нигде и никогда. — Бадик пристально посмотрел на Стаса.

— Ефрему пятьсот штук, тебе двести. Но завтра.

Бадик не сводил глаз со Стаса, но выстрелил в Угара, который медленно поднимался с земли, опираясь на машину. Пуля ударила в лоб и пробила голову насквозь. Кровь забрызгала заднее стекло.

— Сегодня, — с бледным видом повторил Стас.

Бадик резко повернулся к Никите.

— Не знаешь? — Он спрашивал тем же тоном, с каким только что пытал Стаса.

Бадик смотрел на Никиту, а пистолет направил на Стаса. Все в точности так, как это было с Угаром. Стас пугливо шарахнулся в сторону. Бадик усмехнулся и услышал, как справа от него скрипнула приоткрытая дверь. За ней должна была находиться Вероника.

Бадик глянул на своего подопечного. Мужик с переломанным носом кивнул, неторопливо приблизился к двери, осторожно открыл ее. И тут же из глубины номера громыхнул выстрел. Мужик конвульсивно схватился за лицо, выронил пистолет, отскочил от двери, с воем упал. Бадик выстрелил, его дружки также открыли огонь. Глушители хорошо гасили звук, слышно было только, как щелкают затворные рамы.

Никита глянул на револьвер Стаса, шагнул к нему. Бадик тут же направил на него ствол, собираясь стрелять.

— Там его телка! — крикнула Даша.

Бадик передумал в самый последний момент.

Он не выстрелил, но руку не опустил и заявил:

Никита кивнул, медленно подошел к двери. В спину ему смотрели три ствола. Выстрел мог последовать в любой момент.

Вероника сидела на полу, спиной вжимаясь в дальний угол. В руках она держала пистолет, направленный на Никиту.

— Это я, — сказал он.

Вероника испугалась и нажала на спуск. Раздался грохот, боль обожгла плечо Никиты. В спину ему тоже выстрелили, но пули прошли мимо.

Яшин нырком упал на пол, подскочил к Веронике, забрал у нее пистолет, обнял и прошептал:

Она забилась в истеричных рыданиях, отталкивала его. Но Никита и без того должен был отстраниться то нее. Надо было разворачиваться к опасности лицом. Их с Вероникой положение было крайне уязвимым, но не безнадежным. Если тот же Бадик ворвется к ним, то у Никиты будет возможность его пристрелить. При этом он поймает пулю и закроет собой Веронику.

Машина затыкала проход, как пробка — горлышко бутылки. Но можно было перелезть через нее. Сначала на капот, потом на крышу. Суржик так и поступил. Снял туфли, забрался на капот, пузом лег на крышу. За ним последовал Аверьян.

Внедорожник перекрывал вход в маленький дворик, наполненный, как оказалось, живыми и мертвыми людьми. Суржик даже не ожидал, что так будет. Он явно попал впросак. Если бы меченый тип не был занят, то он точно заметил бы опасность слева.