Лорд Системы 17

В тот же день я отправляюсь к линии Шурика вместе с союзной армией. Вместе с нами маршируют и солдаты Техаса. Теперь они уже далеко не зелёные новички. Майор и Лось не зря гоняли местных по бесчисленным тренировкам.

Всего на линии обороны собирается четыре тысячи игроков с нашей стороны. На стороне же Парижа легионеров оказывается в разы больше.

Я ожидал многого. Это да. Но то, что Париж сможет выставить десять тысяч солдат, я не верил до последнего. Или же не хотел верить?

Сложно сказать.

К моему приезду Железный Легион уже выставляет свои силы напоказ на противоположной стороне равнины.

Сотни стягов дрожат на ветру. Ровные «коробки» легионов тянутся до самого горизонта. Мелькают между них и грозные всадники на носорогах. Теперь их в разы больше. Впервые я вижу и гигантские баллисты. Они действительно огромные.

Высотой этак метров пять-шесть, а может, и того больше. Полагаю, каждый снаряд такой дуры сможет нанизать на себя не один десяток игроков. Прямо как на вертел какой-то…

Ну да не будем вдаваться, в подробности. Мы готовились к этой битве. Со всем тщанием и осторожностью.

Линия Шурика теперь состоит из десятков дотов и дзотов, редуты и траншеи чередуются друг с другом. Деревянные колья, чеснок, треноги и частоколы.

Легиону придётся заплатить кровавую цену, чтобы преодолеть эти укрепления. И только от нас зависит, решится ли Париж бросить в расход столько жизней, или же он не станет рисковать.

К моему удивлению, враг не стал атаковать сразу. Нет, вместо этого он предлагает переговоры? Снова небольшая делегация под белым флагом.

Снова разговор на нейтральной территории?

Мне становится любопытно. Чего такого на этот раз может предложить Париж? Они ведь знают, что отдавать даже часть Техаса я им не планирую?

С собой я беру Малого, Третьего, Пирру и десяток гвардейцев. На Петре я подъезжаю вплотную к встречающей стороне.

На носороге, ничем не уступающем Петру, восседает зрелый, даже, скорее, пожилой мужчина в тяжёлых латах. Он не сводит с меня взгляда.

Хмыкнув, всадник ловко вылезает из своего седла и проходит вперёд. Я делаю то же самое, и вот мы замираем друг напротив друга всего в паре метров.

— Лорд Спарты, он же Шурик, так полагаю? — спрашивает старик.

— Это я? А ты кто такой? — киваю я."

"— Наглый, — смеётся мужчина. — Лордом Парижа меня величают. Консулом прозвала меня Система. Но ты можешь звать меня Владыкой.

— Не дождёшься, — качаю я головой.

— Я слышал, что мой подчинённый уже задавал тебе этот вопрос, но я всё равно повторю его, — произносит Консул. — Зачем нам эта война, Лорд Шурик? Не думал ли ты, что она лишь обрекает нас на рабство?

— В каком это смысле? — спрашиваю я.

— Ты никогда не задавался вопросом, что находится там, за границами нашего региона? — усмехается Консул.