Лорд-обольститель

Что за бесстыдство — попытаться сбыть Бертрану оставшуюся не у дел любовницу! Я была рада, что Бертран так яростно воспротивился ему. И этого хватило, чтобы склонить чашу весов… В гневе он предстал передо мной мужчиной, достойным восхищения — сильным и решительным. Прежде я отмечала, что он уж очень преклоняется перед бароном, а это прямо указывало на определенную слабость. Тогда мне хотелось защитить его от всемогущего родственника, и это внушало серьезные сомнения относительно того, что подобного рода чувства достаточно для вступления в брак.

Я так хотела воспрепятствовать вторжению барона в этот очаровательный дом! Но как я могла воспрепятствовать? Ведь именно он был причиной того, что я сейчас находилась здесь. Он проявил благородство и признал высокое качество моей работы. Нет, яростно возразила я сама себе. Это не благородство, а элементарная объективность. Даже самый отъявленный мерзавец может демонстрировать свою объективность при оценке произведений искусства и тем самым способствовать… изменению предвзятого отношения к женщинам! И все же сомнительно…

Интересно, буду ли я с таким же увлечением работать здесь, как и в замке… Вряд ли. Здесь ведь не будет атмосферы интриги и заговора, которая, хотя и пугала меня порой, но на самом деле оказалась весьма плодотворной.

Я умылась, переоделась в черную юбку и белую блузку, распаковала остальные вещи и стала ждать прихода madame la gouvernante.

Она пришла спустя некоторое время. Это была женщина средних лет в черном платье простого, но очень элегантного покроя. У горла платье было застегнуто маленькой бриллиантовой брошью, единственным его украшением.

— Добро пожаловать, — произнесла она. — Надеюсь, путешествие было не слишком утомительным. Барон сообщил нам о вашем приезде, но не мог точно указать время.

— Очень мило с его стороны, — ответила я. — Проводив своего отца на вокзал, я сразу же направилась сюда. Отец возвращается в Англию.

— Я рада, что вы говорите по-французски. Язык может создавать немало трудностей. Если вам что-либо понадобится, позвоните. — Она кивнула на белый шнур у кровати. — Я подумала, что вам сегодня будет удобно пообедать у себя в комнате. Вы, должно быть, устали после путешествия. Пришлю вам обед через час.

— Это было бы замечательно, — заверила я ее. — Принцесса… э-э… она действительно хочет, чтобы с нее написали миниатюру?

Она улыбнулась.

— Это будет далеко не первый портрет принцессы. Она не придает этому никакого значения. Возможно, принцесса покажется вам достаточно нетерпеливой моделью, и я бы посоветовала делать сеансы позирования как можно короче.

— Спасибо. Как я поняла, принцесса очень юна.

— Ей семнадцать лет.

— Миниатюра должна получиться хорошей.