Морской лорд

Так что теперь Умфра и Джон — вахтенные офицеры, контролируют выполнение моих приказов.

После обеда я ложусь на кровать и думаю, не изменить ли курс? Мы уже четвертый день бороздим пролив, но пока безрезультатно. Можно выйти в Ла-Манш и поискать добычу там. С другой стороны, не хотелось бы надолго отрываться от базы, потому что не знаю, какие планы у Ранульфа же Жернона на это лето и когда я ему потребуюсь. Есть, конечно, Гилберт, который меня подменит, но не хотелось бы так начинать службу.

— Вижу корабль! — доносится с мачты взволнованный, срывающийся голос Риса.

Я выхожу на палубу и кричу юнге:

— Большой?

Он не знает, что ответить. Потом показывает большим и указательным пальцем что-то величиной со спичечный коробок. Я нашел у кого спрашивать…

— Где он? — задаю второй вопрос.

— Там, — показывает Рис на юго-восток, в сторону Бристольского залива.

Это может быть одно из судов, обслуживающих графа Глостерского, с которым мне пока нет смысла ссориться. Ладно, не захватим, так хоть согреемся.

— Лево на борт, ложимся на курс зюйд-ост! — приказываю я, подхожу к нактоузу и показываю рулевому стрелочку, над острием которой написано «SO»."

"Шхуна сразу увеличивает скорость на узел или даже полтора. Примерно через час я с полубака могу разглядеть судно. Оно идет на веслах и под прямым парусом на запад. Длиной метров пятнадцать или немного больше. Это типичное для этих мест судно с прямым парусом на невысокой мачте и веслами, в данном случае по восемь с каждого борта. Наверное, у них есть какое-то название, но я его не знал. Скорее всего, это модернизированный норманнский драккар. Так и буду их называть. Я видел такие в Бристоле. Они привозили туда на продажу бычков, свиней и баранов. Армии нужно много мяса. Вроде бы и сейчас граф Глостерский воюет с королем Стефаном. Мы должны были заметить это судно раньше. Видимо, у Нудда замылился глаз к концу вахты. Когда долго смотришь на одно и тоже, перестаешь видеть.

Догоняем драккар часа через два. Когда дистанция сокращается метров до ста пятидесяти, становятся видны некоторые гребцы, особенно, если волна поднимает нас, а они в ложбине. Гребцы сидят лицом к нам, но делают вид, что не замечают. Я стреляю из арбалета. Болт попадает в плечо гребцу, сидящему по левому борту, который сразу роняет весло. Об это весло цепляются соседние, гребцы левого борта сбиваются с ритма. Их судно рыскает влево. Соседи вытаскивают весло из воды и снова начинают грести. Никто не хочет умирать.

— Стреляйте, — приказываю я трем лучникам, которые стоят позади меня, и отшагиваю в сторону, чтобы не мешать им.

Теперь уже три гребца по левому борту роняют весла и падают мертвые. Ирландское судно разворачивается левым бортом к нам. Команда попряталась за фальшборт, больше не гребет.