Я не ваша, мой лорд

Стоит ли обманываться, что мы не станем любовниками в этой поездке, изображая супругов, ночуя в одной кровати? Глупо верить, что я устою перед желанием познать его близость. Я уже не устояла, если на то пошло, и, пойди он дальше, не смогла бы остановить ни его ни себя. Но физическая близость — это одно, а получится ли из неё что-то большее — время покажет. Сейчас же, меньше всего мне хочется мучиться угрызениями совести и жалеть о чём-либо.

— Нам пора вставать, наверное, — произношу, бросая взгляд на посеревшее небо за ажурными оконными ставнями.

— Да. Скоро нужно отправляться, — соглашается Севастьен, однако даже не думает меня отпускать, продолжая поглаживать моё бедро. — Но сначала давай обсудим кое-что.

— Что именно? — настороженно поднимаю голову и всматриваюсь в его лицо.

— Хочу попросить тебя. Всегда говори мне, если чувствуешь опасность, или тревогу. Что угодно. Как вчера. Сама знаешь, что твоё чутьё игнорировать нельзя. Особенно в нашей ситуации. Знаю, что вы отлично сработались с Тодой и порой понимаете друг друга с полуслова, и понимаю, что возможно не смогу так же хорошо тебя читать, поэтому будь со мной откровенна. Я хочу знать твои мысли, предположения, выводы и опасения. Договорились?

— Это односторонняя договоренность? Ты будешь так же откровенен? — вскидываю бровь. Вот не верю, что герцог будет мне всё рассказывать.

В подтверждение моих мыслей его глаза сужаются, буравя меня изучающим взглядом. Я своих тем не менее не отвожу. Раз уж хочет быть мне полноценным напарником, то я тоже имею право на его откровенность.

— Я постараюсь, — наконец произносит он. — Не буду скрывать, что опыт работы в тесной связке с напарником, для меня нов, но для тебя я готов изменить своим привычкам и методам.

Ого. Надо же. Приятно, бес его дери.

— Это всё? Или ещё что-то?

— Под этими твоими балахонами оружие есть где спрятать? — интересуется он, игриво кусая моё плечо.

— Есть, — ворчу я, пытаясь отстраниться.

— Покажешь? Хочу понимать, насколько ты защищена, — в том, что я не поехала бы безоружной, Севастьен даже не сомневается.

Звучит логично, но чувствуется подвох. Подозрительно изучаю мужчину, но ничего такого прочесть на его лице не могу.

— Хорошо. Сейчас оденусь и покажу, — отстраняюсь, заставляя его разомкнуть объятия. На этот раз он не сопротивляется.

— Я могу помочь, — проводит костяшками пальцев по моей спине.

— То, что я не закатила скандал после утреннего произвола, вовсе не означает, что позволю всё, что взбредёт тебе в голову, — вот ведь коварныйхитрый Змей. Дай палец — руку по плечо отхватит. — Я не твоя любовница, чтобы терпеть такие вольности.

Фыркнув, поднимаюсь с кровати, одёрнув предавшую моё доверие сорочку.