Лоно Каридес

Для пожилого соседа, частенько заглядывавшего поболтать, вроде еще рановато.

Пошлепав себя по щекам для придания им здорового румянца, она пошла в маленькую прихожую и, не забыв нацепить приветливую улыбку, распахнула дверь.

На пороге стояла длинная фигура — все шесть футов пять дюймов. Улыбка Бекки увяла прежде, чем она успела взглянуть в гипнотические темные глаза на безжалостно-прекрасном лице.

Сначала ей показалось, что у нее начались галлюцинации. Бекка даже поморгала, но мираж не рассеивался. Он был настолько реальным, что ее окатила мощная волна желания.

Бекка ухватилась за дверной косяк:

— Тебя сюда не звали!

Она чувствовала и удивление, и растерянность, и страх, едва пересиливая желание броситься ему на грудь и вдохнуть запах сильного тела.

Не звали...

Кристосу это было очевидно. Он видел похудевшее лицо с тенями под глазами, ему хотелось обнять ее и защитить даже от самого слабого ветерка.

От ощущения полного бессилия мужчине стало неуютно.

— Ты хотела пригласить меня войти.

Но парализованная вожделением Бекка только покачала головой.

— Ты плакала, — сурово упрекнул Кристос.

Только тут Бекка поняла, что он заметно и необъяснимо сердит.

Прижав к горлу руку, она старалась не смотреть на его рот.

Почему так получается, что поцелуи самого отъявленного мерзавца — приятнее всех?

— Что он собой представляет? — спросила Эрика, когда услышала краткую версию того, почему Бекка не встретилась с Алексом, но зато столкнулась с его кузеном. — Я слышала, он — что надо!

Бекка пожала плечами.

— Да, если ты увлекаешься непорядочными типами.

— Алекс говорил, что он подлая тварь, но, думаю, это от зависти. Ты видела девушку, с которой помолвлен Кристос?

Бекка почувствовала, как кровь отхлынула от ее лица, и в ужасе выдохнула:

— Кристос... помолвлен?

— Ну да, потрясающая гречанка, я видела ее фото в воскресном приложении.

Бекке стало плохо. Она вышла под предлогом приготовления чая, а когда вернулась, Эрика выглядела задумчивой, но сделала вид, что не заметила покрасневших глаз старшей сестры.

Мысли Бекки вернулись к реальности.

— Она тоже здесь?

— Кто? Я один, Бекка.

Продолжая рассматривать его из-под опущенных ресниц, Бекка проглотила застрявший в горле комок. Она думала, что это разлука преувеличивает его красоту, но теперь поняла, что ошибалась.

— Не жди теплого приема, Кристос.

— Это смешно!

— Я очень занята, — Бекка вздернула подбородок.

Я ношу твоего ребенка!

— Мы не сможем вести конфиденциальную беседу в дверях.

— Нам не о чем разговаривать... Тем более конфиденциально.

— Ты упрямишься, как ребенок."

"Бекка глубоко вздохнула и нервным жестом вытерла о бедра повлажневшие ладони трясущихся рук. Кристос окинул внимательным взглядом плавные изгибы ее женственной фигуры.