Ломаные линии судьбы

Он с удовольствием прошёл расширенный курс профессионального профайлинга и специализированный курс психологии, он оттачивал умения владеть собственной мимикой, жестами и скрывать-маскировать свои эмоции и чувства, управляя лицом и реакциями тела.

Всё было интересно, но… недолго.

Как только прошёл этап интенсивной учёбы и овладевания новыми знаниями и навыками, как только работа с его подопечными перестала быть чем-то новым, превратившись в обычную и рутинную, в какой‑то момент Шагин вдруг осознал, что испытывает некий внутренний дискомфорт и отторжение, что ли, возникающие ещё на стадии знакомства с новым клиентом и его делом.

– Меня всё больше начала угнетать необходимость держать внутренний нейтралитет и хотя бы внешнюю доброжелательность по отношению к некоторым клиентам. Поскольку фирма, в которой я работал, занималась делами только определённого ценового уровня с личностями не ниже этого финансового ценза, то и общаться приходилось с весьма обеспеченными и непростыми людьми. Я всё чаще ловил себя на том, что у меня вызывает внутреннее отторжение и какую-то человеческую брезгливость большая часть моих клиентов. А когда понял и отследил в себе этот момент, то принял решение уходить, – совершенно неожиданно для самого себя разоткровенничался Игорь.

Даже не понял, как так получилось, как между ним и Аглаей возник такой тёплый и доверительный контакт. Это было странно и совершенно ему не присуще, но Игорь не испытывал никакого душевного неудобства, рассказывая Аглае о себе и своей жизни, мало того – делал это даже с удовольствием.

«Ну надо же!» – подивился себе Шагин, но не остановился и продолжил свой рассказ:

– Конечно, нездоровым прекраснодушием я не страдаю и довольно терпим к чужим слабостям, поскольку холю и лелею свои собственные. – Он иронично улыбнулся. – И ханжеским морализаторством тоже не обременён. Просто получилось так, что на решение снова сменить направление своей деятельности повлияло несколько факторов, наслоившихся друг на друга. Первое время я на них не акцентировался, занятый освоением нового дела и интенсивной, захватывающей учёбой, приобретением новых навыков.

…А когда он вошёл в определённый, устаканившийся и наладившийся ритм работы, смог перевести дыхание и уже гораздо более спокойно и свободно анализировать себя и свою работу, вот тогда и обнаружил, что не встраивается в эту профессию, как его ни втискивай.