Локки. Потомок бога

Надо собрать вещички, которые пригодятся мне в академии."

"— А ты правда избил на причале Фролова-младшего⁈ — выпалил залетевший в комнату подросток, восторженно глядя на меня.

— Угу. Вон его зуб на подоконнике.

— А как? Как ты его победил⁈ Он же отличный кулачный боец, а ты… — взбудораженный паренёк облизал губы, уже не решаясь назвать брата лохом. — А ты… ну как бы раньше не особо умел драться.

— Как победил? На вдохновении. Вспомнил все свои неудачи и как пошёл всех месить! Только зубы во все стороны полетели, — иронично проговорил я, запихивая в потрёпанную спортивную сумку новенькие костюмы.

— А меня так научишь⁈ — распахнул глаза Павел и сжал кулаки. — Или тебе просто повезло? На улице говорят, что ты только чудом победил Фролова.

— И много таких скептиков?

— Много, — сокрушённо кивнул подросток и тяжело вздохнул.

— Ну, значит, у меня будет много новых трофейных зубов, — оскалился я и услышал приближающиеся грузные шаги.

— Дедушка идёт, — глянул в сторону распахнутой двери Павел и следом перевёл на меня пропитанный надеждой взор. — Ладно, пойду я. Мне ещё зубы чистить. А ты, Александр, ты… не сдавайся. Умоляю тебя. Не превращайся в себя прежнего. Не знаю, что с тобой произошло. Но таким старшим братом можно гордиться.

Он от избытка эмоций подбежал и обнял меня.

Я выдержал буквально пару секунд и отстранил его, хотя вряд ли он прятал под пижамой отравленный кинжал. Просто мои инстинкты твердили, что никому нельзя верить и никогда не стоит расслабляться.

— О, и ты тут! — пробасил вошедший Громов, увидев Павла.

— Доброе утро, дедушка. Я уже ухожу.

Он выскочил из комнаты, после чего мужчина закрыл дверь и посмотрел на меня.

— Собираетесь?

— Я тебе уже говорил, что ты мастер подмечать очевидные вещи?

— Угу. Было такое, — буркнул Громов и почесал кончик сопливого носа.

Сегодня он выглядел лучше, чем вчера. Его глаза уже не слезились, а грудь не разрывал кашель, напоминающий извержение вулкана.

— Когда там завтрак? Умираю, как есть хочу, — выдал я чистую правду, поскольку организм требовал вернуть запасы, потраченные на «регенерацию».

— Скоро, — проронил Громов и вытащил из кармана халата что-то похожее на чёрное голубиное яйцо, облепленное сухими травинками.

— И что это? Наш завтрак? Как-то совсем скромно.

— Поглядите. Я не знаю, что это такое, — протянул мне «яйцо» мужчина и нахмурил лоб. Его морщины стали глубже, чем противотанковый ров. — Мне кажется, что это какой-то артефакт. Я нашёл его в Пустоши на развалинах города Улан-Дархан в гнезде гигантских пауков. Хотел продать скупщикам, но те тоже не опознали, что это такое, поэтому давали смешную цену. Вот я и не продал эту штуковину.