Локки 8. Потомок бога

Я тишком прокрался к двери, ведущей на лестницу, но не стал подниматься по ней, а включил «пожирателя веры» и довольно быстро собрал энергию верующих.

К сожалению, мой полубожественный атрибут был ещё в зачаточном состоянии, всего лишь на первом уровне, так что в процессе сбора энергии верующих потери были довольно существенными. Но мне всё же удалось собрать вполне достойное количество, что в будущем даст мне возможность использовать божественные атрибуты.

Довольно улыбнувшись, я по ступеням поднялся на второй этаж и проник в свою комнату. В ней ничего не поменялось. Даже окно было всё так же открыто, из-за чего лёгкий ветерок трепал небольшие флажки с изображённой на них рокерской козой.

— Что ж, пора спать, — пробормотал я и снял опостылевший «костюм извращенца», решившего притвориться подростком.

Вещи отправились на стул, а я развалился на мягкой кровати и практически сразу погрузился в сон.

Благо остаток ночи промелькнул незаметно. Никто меня не тревожил, посему я успел набраться сил.

Утром же я первым делом принялся за поиски Александра Громова. Он обнаружился в соседней комнате. Причём несмотря на уже показавшееся из-за горизонта солнце, парень сладко сопел в две дырочки.

— Эй, просыпайся, — потрепал я его за плечо.

Громов что-то неразборчиво пробормотал во сне, подложив ладонь под голову, лежащую на подушке. Затем с его губ сорвался нежный стон:

— Белова…

— Вставай! — гаркнул я.

Парень подскочил так, будто ему в ухо воткнули раскалённый штык.

— Что? Где?

— Тебе снился кошмар, — сказал я ему с ехидной улыбкой.

— Да? — удивился он, выгнув брови и глядя на меня быстро проясняющимся взором.

— Определённо, — со смешком выдал я и добавил: — Одевайся, возвращаемся в Петроград.

— Уже? Так скоро?

— Ага. Что тянуть Фенрира за яйца?

— Собирайся, поедем к твоей семье. Мы с твоим дедом решили рассказать им всю правду о том, что с тобой произошло и какую роль я в этом сыграл.

Парень хмыкнул, и на его лице отразились глубокие раздумья, словно он прикидывал, какие последствия принесёт ему это решение. Мне даже показалось, что он не особо рад, что его семья узнает правду. Возможно, Громов-младший не хотел потерять в глазах родственников славу, заработанную мной.

— У тебя ничего не выйдет, — уверенно сказал я, стоя возле кровати. — Ты не сможешь притвориться мной, чтобы присвоить себе мои успехи.

— Почему это⁈ — выдохнул он, сдвинув брови над переносицей. — Тебе что, жалко?

— Потому что ты не я. У тебя другой характер, другая магия. Тебя непременно раскусят. И от стыда ты полезешь в петлю. Оно тебе надо?

Громов открыл было рот, словно желая вывалить на меня целый ворох возражений, но вдруг сник и печально вздохнул:

— Да, ты прав.

— Не отчаивайся, Громов. Ты напишешь свою собственную историю.