Локки 6. Потомок бога

А над всем этим довлел белокаменный храм с острыми башенками, похожими на пики.

— К сожалению, в нём заточена совсем не принцесса, — пробормотал я, глянув на храм, напоминающий замок. — Что ж, пора в путь.

Я встал, стряхнул с обнажённой задницы прилипшие лепестки и двинулся к храму. Под ногами начал мягко пружинить мох, а насекомые в испуге разлетались. Но мне было начхать на них. Я упорно пытался связаться с Апофисом, однако у меня никак не получалось это сделать. Даже нервничать начал.

Но всё же дракончик ответил мне. Его мыслеречь была слабой и еле слышной, но меня окатила настоящая волна облегчения. Фух-х-х!

Громов-младший тоже испытал капельку облегчения, однако в целом он был похож на до предела взведённый механизм. Паренёк боялся того, что должно произойти, и мог начать паниковать в любой момент.

— Не трусь, — еле слышно пробормотал я и подошёл к двустворчатым дверям, покрытым жёлтой плесенью и уродливыми наростами.

Перед храмом валялась целая россыпь камней. Я порыскал под ними и обнаружил заветные ключи. Карманов у меня не было, ну, кроме того, который придумала сама природа, так что я просто сжал ключи в кулаке и потянул на себя левую створку. Та сопротивлялась изо всех сил, загребая нижней частью землю. Всё же мне удалось приоткрыть её, хотя и всего на полметра. Впрочем, я без проблем проскользнул в эту щель, оказавшись в холодном мраке, пахнущем плесенью, влагой и камнем.

Внезапно створка сама собой с хлопком закрылась за моей спиной, отчётливо напомнив захлопнувшуюся мышеловку. Вот только кто тут мышь?

Следом тьму разорвали вспыхнувшие языки пламени, заплясавшие в жаровнях. Они висели на ржавых цепях, прикреплённых к металлическим кольцам, вмурованным в стены, покрытые ползучими вьюнами."

"Пламя осветило длинный коридор с нишами, в которых пучили зенки статуи Древних. Опять Имир воспользовался их творением для своих делишек.

— Иди вперёд, Локки… — докатился до меня гулкий объёмный голос, похожий на рокот камнепада.

Он вылетел из-за закрытой двери в конце коридора и явно принадлежал Безумному богу.

— Будто тут есть какие-то другие направления, — иронично пробормотал я и пошёл по каменным плитам, поросшим всё тем же мхом вперемежку с грибами, напоминающими поганки.

Но стоило мне сделать всего два шага, как я ощутил боль, нарастающую где-то глубоко внутри меня. Причём болело не тело, а словно сама душа.

— Вашу мать, — прошептал я и потёр солнечное сплетение.

Громов-младший не почувствовал никакой боли. Может, мне показалось?

Нет, не показалось. С каждым шагом боль усиливалась. И я задал Ивриму логичный вопрос:

— Эй! Ты же говорил, что тут нет ловушек, так почему же меня всё больше одолевает боль, будто я шагаю в раскалённую печь⁈

— Божественная кровь. Именно она причиняет тебе боль.