Локки 6. Потомок бога

— Ну, прощай, — саркастично усмехнулась она, глядя на задрожавшего всем телом фанатика.

Тот лишь успел распахнуть рот в немом крике, а потом развеялся как туман на ветру.

— Блестяще! — радостно выдал я. — Коварно и изящно. Всё как я люблю. Притвориться обессиленной, а затем нанести роковой удар.

Стражи тоже одобрительно загудели. А сама чернокожая красавица вдруг печально проговорила:

— Он был моим братом.

Глава 21

После победы Тахрир над Ханриром всё пошло гладко и сладко, если не считать внутренних терзаний чернокожей красотки. Ну убила она брата, и что? Боги вон и родителей убивают, и ничего, живут себе и в ус не дуют. А эта вся как-то загрустила.

Благо, что возложенную на неё роль она исполнила на все сто процентов: от имени стражей заключила со мной союзнический договор и нанесла живую татуировку на внутреннюю часть моего бедра.

После этого Тахрир показала мне место на берегу реки Безумия, где худо-бедно работала магия Древних. Там я смог под её руководством вывести на земле кровью магические символы. И пока я их выводил, красотке пришлось несладко. Её колбасило почище, чем наркомана, перед которым трясли дозой. Её зубы удлинились, превратившись в клыки, а в глазах начал нарастать безумный голод.

Громов-младший активно подгонял меня, и когда я наконец-то закончил, он с облегчением выдохнул.

— До встречи, — бросил я скалящей клыки красотке, стоящей вместе со мной на берегу.

Та не успела ничего ответить, поскольку я резко исчез.

Заклятие перенесло меня точно в дом стариков-изгоев, откуда я переместился в мир реки Безумия, прямо на кухню в круг из знаков Древних.

— Ку-ку, — выдал я, насмешливо глянув на дедков. Они синхронно вздрогнули, когда я появился возле очага, жарко потрескивающего поленьями.

— Вернулся, — мрачно протянул Прищур и сплюнул на пол.

— Ты не рад, что ли, одноглазый? — усмехнулся я и подошёл к своим вещам, бережно сложенным на табуретке.

— А ты наблюдательный, — саркастично буркнул Прищур, отхлебнул из помятой кружки и поставил её на стол подле керосиновой лампы, чей свет падал на изрезанные морщинами лица Мыха и Молчуна.

— Да, есть такой грешок, — приподнято ответил я, радуясь тому, что сумел договориться со стражами."

"— А ты чего такой весёлый? — спросил Мых.

— Гадость кому-то сделал, вот и веселится, — ехидно вставил Прищур.

— В другом мире заключил кое с кем важный союз, хотя у меня были практически идеальные шансы, чтобы там сдохнуть, — проговорил я, быстро одеваясь. — И чует моё чёрное сердце, что уже и вы согласны работать со мной.

— Согласны, — кивнул старик Мых, потревожив длинную бороду, касающуюся пола.

— Но наше решение не было единогласным, — снова подал скрипучий голос неугомонный Прищур.

— Молчун был против? — криво улыбнулся я.