Локки 4. Потомок бога

Если стражи не согласятся, придётся выдумывать ещё более сложный план, сплетая вместе ложь с правдой, и соблазняя их свободой. Они явно жаждут её.

Пока же я замер, устав наворачивать круги вокруг сферы, а Громов-младший взволнованно заметил, что дискуссия, кажется, перешла чуть не в драку. Тьма за пределами кольца света бушевала, как океан во время шторма. Одно из пятен мрака даже выскочило из тьмы: то ли случайно, то ли его намеренно вышвырнули под сияние сферы. В любом случае пятно мрака испарилось буквально за долю мгновения.

— Надеюсь, это была не переговорщица, — пробормотал я. — Кажется, она была не против заключить сделку.

После смерти одного из стражей обсуждение быстро подошло к концу, после чего к моему вящему облегчению к границе света и тьмы подошла та самая женщина.

— Мы согласны, — вымученно проговорила она, будто дискуссия отняла у неё много сил. — Но если ты обманешь нас…

— … Да, да, меня ждут всяческие ужасные кары, — перебил я её. — Давай уже быстрее заключим договор, а то я у вас тут уже порядком задержался. Какие клятвы вам нужны?

Она назвала. И я посчитал их приемлемыми в рамках моего плана по усыплению безумца Иврима на долгие года.

В свою очередь я тоже взял с неё клятву, что ни она, ни её соплеменники не убьют меня, когда ключ окажется в моих руках, да и в целом не будут мстить за какие-нибудь обиды.

Женщина проговорила клятву, а потом криво усмехнулась и проронила:

— Есть ещё кое-что.

— Ну конечно, куда же без пункта мелким шрифтом?

— Раз уж здесь не будет ключа, то и нам всем тут оставаться незачем. Некоторые из нас решили на время покинуть это место, всего на час. И ты нам в этом поможешь.

— Смотря что вы будете делать этот час.

— Убивать и есть, — криво усмехнулась она, обнажив белые-белые человеческие зубы.

— А, ну это ерунда. Договорились. Что мне нужно сделать? Как организовать вам экскурсию в большой мир? Вы дадите мне какой-то артефакт-портал?

— Что-то вроде того, дай мне свою руку. Я наложу на неё татуировку, которая откроет путь, когда ты активируешь её.

Громов сразу же зашептал, опередив мою подозрительность: «А если она схватит тебя за руку, затащит во тьму и там сожрёт⁈»

Да, в его словах была толика правды. Самое малое, я могу лишиться руки, если женщина попытается убить меня, а не просто наложить живую татуировку. А я как-то уже привык к этим рукам. Но с другой стороны, я уже обменялся с ней кучей клятв.

— Не будь трусом, — подначила меня стражница, криво усмехнувшись.

— Когда так говорят, мне ещё меньше хочется засовывать куда-то руки. Да и не трусость это, а осторожность. Дай-ка мне клятву, что не попытаешься грохнуть меня…

Не знаю, что у неё было на уме, но клятву она дала не очень охотно.

— Так-то лучше, — победно усмехнулся я и по локоть сунул руку во тьму.