Локки 2. Потомок бога

Многие мужчины на её месте молили бы жриц о пощаде, а она пришла в ярость.

Я сам себе кивнул и вошёл в кухню, где принялся швырять в блендер заранее купленные в аптеке и магазине ингредиенты."

"Внезапно в кармане зазвонил телефон. Я вытащил его и увидел номер Громова.

— Слушаю, — выдохнул я и ударом ножа поделил пополам корень имбиря, лежащий на разделочной доске.

— Александр! — выдал взволнованный смертный. — Передо мной стоит мужчина с двумя спортивными сумками денег и говорит, что их велели передать мне.

— Что тебя смущает? Маловато денег? Думаешь, этот мужик где-то припрятал третью сумку? — проговорил я, отправив в блендер имбирь.

— Саша, сейчас не время для шуток. Что происходит?

— Бери деньги. Они добыты честным путём.

— А от кого они?

— Да какая тебе разница⁈ — повысил я голос. — Бери сумки и начинай искать дом получше. Но всё не трать. Одну сумку оставь мне.

— Х-хорошо, — запинаясь, промычал мужчина.

Я сбросил вызов, поставив галочку напротив пункта «Горский больше мне ничего не должен».

— Ш-ш-ш, — внезапно раздалось из мрака под столом и оттуда вылетел Апофис.

— О, явился, когда все битвы уже прошли, — усмехнулся я и включил блендер, измельчая всё, что я засунул в него.

Дракончик же начал возбужденно летать вокруг меня, сверкая голубыми глазами. И пока аппарат жужжал, Апофис отправил мне мыслеобраз. Я увидел светло-голубого дракона, парящего среди красноватой дымки Пустоши.

— Нашёл дальнего родственника? Ты лучше к нему не приближайся, а то он сожрёт тебя, — серьёзно сказал я Апофису и отправил несколько мыслеообразов, предостерегающих его от встреч с другими драконами.

Апофис вроде бы понял меня. По крайней мере, он уселся на подоконник и устремил задумчивый взгляд за окно. Там наглые вороны отбирали крошки хлеба у воробьёв, прыгающих у ног бабушки, восседающей на скамейке.

— Апофис, чувствуешь? — напрягся я, выключив блендер. — Кажется, приближается какое-то существо. И оно настроено враждебно ко всему живому.

— Смешно, — мрачно процедила вошедшая в кухню Огнева, расслышавшая мои слова.

Её глаза слегка припухли, но больше ничто не указывало на то, что она плакала.

Волосы девушки оказались чисто вымытыми и причёсанными, а тело скрывал халат.

— И что ты приготовил? — скептически глянула она на жижу, которую я перелил из блендера в бокал. — Судя по запаху, это уже можно выбрасывать.

— Пей, — протянул я ей бокал. — Эта отрыжка богов выведет из твоего организма яд или какие-то подобные вещества. Хрен знает, что с твоим телом натворила жрица. Лучше перебдеть, чем недобдеть.

— Надо было всё мне рассказать, — процедила та, нехотя взяв бокал.

Её лицо скривилось от запаха, а нос сморщился.

— Тогда бы всё вышло не так убедительно.