Логово проклятых

Оуновцы отдышались, перевязали раненого командира и двинулись через лес. Ольшенюк посоветовал им идти на юг, в сторону села Карпасы. Там располагалась, как он знал от Боровича, группа УПА, на базе которой и проходила встреча командиров. Если Ворон все еще находился там, то его надо было предупредить об опасности. Пока Ольшенюк не мог предположить, что еще известно НКВД и какие группы, обосновавшиеся в лесах, могут подвергнуться нападению.

Ближе к вечеру Ольшенюк стал чувствовать себя хуже. Начиналась лихорадка, он шел бледный, мокрый от пота, наваливался на плечи бойцов, которые вели его. Повязка с листьями подорожника для такой раны была слишком слабым средством. Требовались настоящие лекарства.

Когда солнце опустилось в кроны деревьев, боец, шедший впереди, поднял руку, заставляя всех остановиться. Оуновцы осторожно опустили Ольшенюка на траву и взялись за автоматы.

– Что там? – шепотом спросил один них, но первый показал ему кулак.

Кругом снова воцарилась тишина, прерываемая лишь щебетом птиц невдалеке да гулкими ударами дятла по сухому дереву.

Через несколько минут из-за ствола слева от Ольшенюка, лежащего на траве, раздался знакомый голос:

– Ба, да это же наши хлопцы! Ольшенюк, как тебя угораздило?

– Кто здесь? – Один из оуновцев нервно повел стволом автомата, но Ольшенюк поймал его за руку и сказал:

– Спокойно, это же свои. Байбаков, ты?

– Я. – Из-за дерева выдвинулась широкоплечая фигура телохранителя Боровича. – Нервные вы какие-то. Что случилось?

– Ворон с тобой? – тяжело дыша, спросил Ольшенюк.

– Здесь он, с нами."

"Байбаков поднял голову и издал три коротких переливчатых птичьих свиста. Почти сразу на тропинке появился Полянский с автоматом наизготовку, а за ним и сам Ворон с тремя вооруженными людьми.

Борович тут же забросил автомат на плечо, поспешил к Ольшенюку и осведомился:

– Что вы здесь делаете? Что стряслось?

– Беда, Ворон, – слабым голосом ответил раненый заместитель командира группы. – Москали накрыли нас на рассвете. С трех сторон подобрались, больше роты, все с автоматами. Всех посекли, землянки гранатами забросали. Не знаю, как мне с хлопцами уйти удалось. Да вот зацепило меня.

– Как это так? – проворчал Байбаков. – Они что же, часовых тихо сняли?

– Когда стрельба началась, энкавэдэшники уже у крайних землянок были. Лагерь был окружен, – проговорил один из оуновцев.

– Значит, знали, – задумчиво сказал Борович и посмотрел на командиров, которые его сопровождали. – Выходит, это предательство.

– А ты помнишь того типа, который к нам на днях вышел вместе с другими? Он еще на Байбакова напал, а тот его застрелил. Как этот гад к нам попал, если он красный? Знал! А раз он в курсе был, то и другие могли знать, а его вперед послали, силы разведать.