Логово проклятых

 – Для того чтобы грамотно воевать, нужно иметь надежный тыл, собрать и где-то хранить запасы оружия, боеприпасов. Люди должны иметь жилье, обогреваться зимой. Черт побери, даже раненых нам нужно где-то выхаживать. Поэтому в плане боевой и специальной подготовки каждая группа получит окно. В это время она будет заниматься устройством новых землянок. Начинаем с завтрашнего дня. Ответственным назначаю Ольшенюка. В ближайшее время мне придется много ездить по другим группам, налаживать их работу.

Дверь в землянку с тихим скрипом открылась. Внутрь просунулся третий охранник Боровича, белобрысый и невероятно веснушчатый Аркаша Волынов.

– Ворон, я извиняюсь, там радист просится к вам. Что-то срочное у него.

– Хорошо, сейчас. Так, все свободны. Ольшенюк, займись инструментом, поставь хлопцев, пусть проверят насадку топоров, черенки новые сделают для лопат.

Когда командиры разбрелись по своим землянкам, к Боровичу вошел Володя Кручилин со своей неизменной улыбочкой.

– Что у тебя?

– Радиограммы, Михаил Арсеньевич, – доложил Кручилин, подошел к столу и положил на него два листа бумаги – бланки дешифровки.

– Что там? – Борович взял листы и стал читать. – Так, отлично, еще две бесхозные группы откликнулись. Что ж, надо собирать их в кучу. Теперь у нас набралось уже одиннадцать групп. Всего, если верить последним данным, около восьмисот человек.

– Целый батальон!

– Да, батальон головорезов. Часть из них я сам готовил в Кракове, да и другие не хуже. Если мы эту свору перебьем, то очистим сразу почти три района. Значит, надо ехать, ставить им задачу, передавать инструкции центра, налаживать дисциплину. Знал бы ты, Володя, сколько там моральных уродов и психически ненормальных персон. Доктора любой клиники от удовольствия руки потирали бы, заполучив таких дивных пациентов. А я с ними должен как с родными разговаривать.

– Да и у нас народ нисколько не лучше, Михаил Арсеньевич, – заявил Кручилин.

– М-да. – Борович посмотрел на радиста. – Мы уезжаем, остаешься здесь один. Помнишь, что обещал мне? Быть как мышь!

– Есть быть как мышь, Михаил Арсеньевич! – сказал радист, улыбнулся и вскинул руку к мягкой полевой армейской фуражке.

Одиннадцать командиров боевых групп собрались на поляне в Лысочевском лесу. Люки схронов были открыты, по краю поляны сидели и курили бойцы. Они наслаждались теплым солнцем, свежим воздухом и с интересом поглядывали на человека, прибывшего из главного штаба ОУН."

"Борович стоял в кругу командиров с текстами воззвания центра в руках и цитировал по памяти основные моменты тактики в новых условиях:

– Избегать потерь любой ценой! Сейчас эти утраты не приведут к успеху, а лишь обескровят наши силы. Копите людей, злость и ненависть.