Логика выбора

– Мы снова вернулись к логике выбора?

– Не только. Скажите, кто принимает решение об эвакуации конкретного навойца? Я имею в виду окончательное решение.

– К великому сожалению, я.

– Вот даже как? – Тобольган развел руками. – Единолично?

Я промолчал. Он бил в самые уязвимые точки."

"– Не слишком ли велика ответственность? И не боитесь ли вы ошибиться? Ведь как мы только что выяснили, четких представлений о том, кого спасать, а кого оставлять на погибель, у вас нет. Так, личные ощущения – симпатии, антипатии. Они годятся, чтобы выбрать себе подругу, и то вы оцените большую совокупность параметров: рост, цвет глаз и волос, объем груди, талии, бедер, овал лица, форму ног. А тут…

И грудь, и ноги тоже учитывались при отборе. По крайней мере, в двух случаях и одной попытке. Но я не стал говорить об этом.

Тобольган снова развел руками.

– Такой дилетантский подход к судьбам людей и будущему цивилизации мне, уж извините, непонятен!

Да. В таком состоянии не следовало сюда приходить. Впрочем, даже находясь в отличной форме, я бы не смог переиграть Тобольгана. Мы оба правы, каждый по-своему. И с точки зрения логики он прав более, чем я. На Земле тоже многие считали, что этичнее оставаться в стороне: в конце концов, мы не отвечаем за космические катаклизмы, а за вмешательство в развитие чужой цивилизации отвечать придется. Хотя бы перед собой. Но я не признаю такой логики. Да и остальные участники операции тоже. Хотя после последних событий я не могу с уверенностью сказать, что признают Артур и Стас, а чего они не признают.

Хозяин прошелся взад-вперед, привычно глянул в окно, зевнул.

– Да и вообще все это ерунда. И зачем я влез с вами в детскую дискуссию… У вас ко мне нет других дел?

Я был ошарашен. Философ вел себя так, будто пришельцы с других планет с предложениями жизни и смерти появляются у него каждую неделю. Ну, в крайнем случае, раз в месяц!

– Я вас не понимаю… Почему «ерунда»?

– Вы еще спрашиваете почему?

Тобольган мгновенно переключился, нагнулся, упершись кулаками в стол, как раз на мокрую скатерть, и уставил на меня прямой, как клинок, взгляд.

– Вы хоть интересовались, а что происходит на этой вашей… ферме? Как себя чувствует выращиваемое поголовье? Довольно ли оно? Не возникает ли трудностей в связи с разочарованиями некоторой части новоселов? Ведь разочарования и изменения намерений свойственны разумным существам. А ваши методы…

Он брезгливо вытер мокрые руки.

– Разве можно вот так, без всякой подготовки бросить инженера, электрика или ученого в дикий мир, где надо не жить, а выживать… Не хотят ли некоторые взять обратный билет? И как вы думаете с ними поступать?

– Гм… У нас нет таких сведений…

Я снова вспомнил Мони, которую хотел спасти, но вместо этого подставил под пули.