Пленница Лютого

Неужели мужчину больше никто не привлекал? Разве только я смогла зацепить настолько, что он никакую другую девушку не замечает.

– Я ведь не должна всех избегать, - произношу через силу, давлю в себе желание обернуться. Мужчина напряжен, я почти чувствую, как в нём бурлит напряжение. Не хочу обострять. – Ты не запрещал.

– Правда? Ни разу? – спрашивает обманчиво мягко, пускает ладони на мои бедра. Его шепот жжет ухо, простреливает разрядами электричества, когда мужчина прикасается губами. – Расскажи мне, что я ещё не запрещал. Что ещё ты хочешь сделать?"

"– Ох…

Упираюсь пальцами в столик, стараюсь удержаться. Потому что мужчина проталкивает колено между моих ног, давит, заставляя раздвинуть их сильнее. Проводит ладонью по внутренней стороне бедра. Джинсы совсем не защищают, чувствую каждое прикосновение.

– А я пока подумаю, как с тобой разобраться. Видимо, я не уделял недостаточно внимания. Если ты с двумя мужиками тусила. Исправим это.

Мужчина рычит, сильнее вжимается. Его хватка стальная, а дыхания почти не чувствую. Будто Лютый со всех сил старается не сорваться, контролирует злость.

И не справляется.

– Лютый, не надо.

– Надо, златовласка, надо. Ты попала.

– Ты говорил, что не заставишь, - выдыхаю, волнение клокочет по венам. Заливается, греет. Будоражит. – И мы не будем спать вместе. И ты не будешь…

– Трахать тебя я не буду, всё честно.

А что будет? Что задумал мужчина, у которого совсем срывает тормоза? Он ведь непредсказуемый, граната без чеки. Рванёт так, что ни одно укрытие не спасёт.

Я сглатываю, когда ладонь сталкера двигается по моим бедрам, задирает свитер. Глупо радуюсь, что успела переодеться, кажется, что платье дало бы намного больше свободы.

Но Лютый справляется и так, давит на мой живот, проталкивает ладонь за пояс джинсов. Его пальцы холодные, но вызывают внутри огонь. Как спичкой поджигает костёр. Пламя разрастается, поднимается вверх. Лижет грудь и шею, пока мужчина сдвигает моё белье в сторону.

– Прекрати, - прошу, накрываю ладонь сталкера своей. Сдерживаю, не даю спуститься к лону. – Это не моя вина. Не моя, - повторяю, едва не задыхаясь, когда Лютый толкается в меня. Бедра к бедрам, спиной откидываюсь на его грудь. Как неразделимое целое. – Ты сказал, что с Лукой разберешься. А он сегодня меня сам преследовал! Прекрати.

Только последнее слово больше похоже на стон, чем на твердую просьбу. Потому что вся твердость – у Лютого, давит в меня. Как он может так быстро заводиться? Стояком упирается, намекает, как будет со мной собираться.

Мужчина легко ломает моё сопротивление, двигает ладонь дальше. Его пальцы ведут по ткань белья, надавливают на моё лоно. Скользят и двигаются, у меня всё скручивается в ответ.

Так остро и дико.

Неправильно хорошо.

На грани.

На одной чертовой грани.