Люгер

У нас всегда так – слухи, неверное восприятие другими ситуации с чужих слов, приводят к формированию определенного мнения, зачастую являющегося преувеличением как в одну, так и в другую сторону. Например, есть некий Вася, про которого жена может говорить, и абсолютно справедливо, что тот полный импотент, редкие и быстрые акты только доказывают верность тезиса. Однако для продавщицы Любки тот же Вася – сексуальный маньяк, и после их встречи улыбка довольства не сходит с женского лица до следующего раза.

Да, Хельга и ее подруги были отнюдь не подарками, но в местной иерархии это скорее гопота обычная, пусть и очень красивая гопота, ну, может, чуть выше, эдакий цветник, которому прощалось многое, нежели люди, замешанные в серьезных делах. А рейдеры, оценивая степень опасности от дам по отношению ко мне, тоже попали во власть стереотипов. Ведь кто такой свежак? Растерянный человек, незнакомый с местными реалиями, не имеющий ни связей, ни средств для адекватного ответа.

Деловые и авторитетные люди не мотают по пятнадцать суток за свои закидоны, а именно такому сроку соответствовало наказание за яйца бедолаги, который, как я и думал, оказался по жизни никем и звать его никак. Что-то типа Зондера. Или других водил. И, несмотря на множество слухов, никому из тех, кого можно называть серьезными товарищами, девочки не переходили дорогу. Занимались своими делами, строили свои планы, не пытаясь выгрызть себе место возле серьезной кормушки. То есть в игры больших дядей не привыкли играть. Бакланки, короче, ну или хулиганки. Да, чуть-чуть отмороженные, но в целом: «перебесятся», как отметила моя медсестричка, зато потом «лучше и не найти».

В угол же загонять я дамочек не стал, да и не получилось бы, каждый пункт договора с Гильдией оговаривался и оговаривался, нельзя было туда прийти и поместить заказ на любого человека просто так. Тут же конкретно: если те грохнут меня по своему желанию, неадекватно отреагировав на тот или иной поступок, при этом я сам по отношению к ним не имел права творить бесчинства, тогда и только тогда заказ вступал в силу. То есть жестокое убийство за поцелуй не являлось справедливым наказанием. Удар по морде и даже по причинному месту – вполне.

Выходить на реальный криминал и делать полноценный заказ смысла не имелось. Здесь я в любой момент мог снять свою заявку, потеряв одну черную жемчужину из-за того, мол, что Гильдию от важных дел отвлек. Широкие жесты тоже мне свойственны, на которые списал красную. Нравилась мне Хельга, до легкого головокружения.

Поэтому в расходы я записал только две черные жемчужины. Пока что. Как пришли, так и ушли. И пусть лучше так, на хорошее дело, по обеспечению собственной безопасности. И ни капли не жалко.