Люгер

Не знаю, как успел, но выдернул-таки из ножен туристический нож и с размаху опустил острие на затылок твари.

Дрянная сталь в микротрещинах, попав в твердую кость черепа, брызнула осколками в разные стороны. Самый большой застрял в голове и теперь торчал из начинающей облезать шевелюры эдаким металлическим рогом. А девке на такие мелочи было плевать, она вновь попыталась вцепиться зубами в мою ногу. Вот только я уже левой рукой ухватил ее за волосы, и она лишь бессильно клацала зубами. Мне оставалось только выбрать удачный момент и опустить рукоять ножа с остатками лезвия на споровый мешок.

Миг, и тварь уже сотрясали конвульсии.

Я же тяжело дышал, пот заливал глаза, щипал их. Рукавом вытер лицо.

Женщина-дачница или то, что раньше было женщиной, перебралось через тушу и теперь ползло довольно споро в мою сторону. За ней так и тянулись кишки животного. Но опасности она особой не представляла, и я, наступив на голову парня, вытащил наконец клевец. Затем с разбега пробил дамочке мощное пенальти. Голова ее дернулась вверх, а затем тело обмякло. Сломал позвонки? На всякий случай еще и сверху граненый шип в голову вогнал. Теперь точно не встанет.

Вот тут и показала умудренная опытом старость превосходство перед молодостью и глупостью. Бабка, невозмутимо, но жадно поглощающая сырую говядинку, в одном неуловимо быстром, стремительном прыжке прямо с четверенек перенеслась назад сразу метра на два-три. Только трава в разные стороны полетела! Перекатилась через плечо, как будто паркуром с детства увлекалась. Ловко развернулась и с низкого старта рванула вперед к пролеску, раскачиваясь из стороны в сторону.

Хрен с тобой, ведьма! Не нужна ты мне!

Я бросился к бывшему менту. Воняло от него мощно, густо, только сейчас обратил внимание, что общее амбре едва с ног не валило.

Сплюнул в сторону и расстегнул ремень на мертвеце. Тяжелая кобура через минуту оказалась у меня в руках. Пистолет Макарова модернизированный.

Выщелкнул магазин. Вроде бы полный. Еще один, запасной, в специальном кармашке. Итого должно было быть двадцать четыре тупоносых тяжелых патрона. Из «ПММ» давно не стреляли, по крайней мере, порохом от него не несло, да и почищен был на совесть. Любил его бывший хозяин, лелеял. На всякий случай, морщась от запахов, обыскал тщательно полицейского. Больше полезного при нем ничего не имелось.

Но и так отлично!

Тыльной стороной ладони утер со лба пот. Вся рука в крови. Отчего-то пришла мысль, что обязательно очки надо добыть. Тактические, хорошие, какие у меня были раньше. Иначе любой мелкий осколок – и прощай, зрение.

Странно, я ожидал разноса от Герды, но она только хмыкнула и ничего не сказала.