Люфтваффельники

Последний снег уже давно и повсеместно стаял, а сквозь серо-грязный слой раскисшей почвы, озябшей и промерзшей за время неприлично долгой зимы, пробиваются робкие и нежные, но весьма настойчивые ростки новой жизни. Почки на деревьях уже набухли и показались кончики еще свернутых листочков, которые начинают источать еле уловимый маслянистый аромат.

Красотища, да и только! Природа постепенно оживает и буйно расцветает, показывая заразительный пример людям, в своей неудержимой и подкупающей искренности.

В полной солидарностью с матушкой природой, постепенно оживают и начинают медленно оттаивать наши окоченевшие «вусмерть» организмы.

Суровая уральская зима не смогла окончательно вытравить из курсантских тушек отчаянную «жажду жить». И вот теперь под воздействием провокационных лучей нежного весеннего солнышка, где-то в самой глубине промерзшего насквозь тельца, облаченного в военную форму, осторожно и нехотя пробуждаются «секретные железы», которые, постепенно набирая темп и повсеместно наглея от весеннего безумия и вседозволенной безнаказанности, начинают вырабатывать весьма приличные порции различных гормонов. Которые в свою очередь, вносят сладостное смятение в наши и так достаточно хаотичные мысли, переводя их исключительно в раздел инстинкта размножения и безусловных рефлексов, а первичные половые признаки (мужское достоинство то есть) — в состояние постоянной сладостной возбужденности и трепетного томления.

Шутки шутками, а «хваленый» бром, якобы щедро добавляемый армейскими поварами в традиционный компот для своевременного сдерживания бушующего курсантского либидо, уже позорно не действовал. Совсем не действовал, точнее некуда! Абсолютно не действовал, поверьте на слово!

Нет, кроме шуток, бесконечная и образцово-постоянная эрекция просто утомила. Галифе у всех курсантов смешно и нагло топорщились, ширинки жалобно трещали, а пуговицы, пришитые «намертво» суровыми нитками, так и норовили оторваться, чтобы отправиться в длительный свободный полет на сверхзвуковой скорости.

Все выступающие углы в помещениях казармы и учебных корпусах родного училища ВВС приходилось осторожно обходить с гораздо бОльшим радиусом и крутым креном из-за нешуточного опасения зацепиться за «проклятый угол» бессовестно оттопыренным первичным половым признаком, причем в самый неожиданный и неподходящий момент. Больно это, поверьте на слово…

А на спину каждому курсанту можно было смело вешать табличку, как на автобусе «Икарус»: «Держи дистанцию! Радиус заноса 1 метр!»

Итак.