Люфтваффельники

— «Рота подъем, выходи строиться на утреннюю зарядку! Форма одежды номер «Раз» — трусы и сапоги.

Естественно, все ребята быстренько вскакивают с кроватей, шустро мотают портянки, натягивают тяжеленные сапоги и бегут строиться на «взлетке» в центральном коридоре.

Выбежали, построились, стоим, ждем новых распоряжений и ценных указаний. Старшина роты нетерпеливо прохаживается вдоль строя курсантов, грозными, но шутливыми окриками подгоняя отстающих и замешкавшихся ребят.

Вдруг из спального помещения 45-го классного отделения неспеша выползает невозмутимый Пим, из одежды — одни сапоги и спокойненько становится в строй на свое законное место, всем своим невозмутимым видом показывая, что ничего особенного не происходит, и он готов принять самое активное участие в ежедневном утреннем оздоровлении курсантских организмов.

Увидев несколько неожиданное явление Пима широкой публике, весь личный состав роты естественно моментально заходится в приступе неудержимого хохота, постепенно переходящего в громогласное и дружное лошадиное ржание.

Старшина роты Игорь Мерзлов, который только приготовился подать команду: «Рота, направо, на улицу шагом марш!», поперхнулся на первом же слоге команды от искреннего изумления.

Несомненно, увиденная картина голозадого бойца его сильно поразила и несколько озадачила. Старшина сделал пару безуспешных попыток прокомментировать увиденное, но издал лишь булькающие нечленораздельные всхлипывания, комично хлопая при этом широко раскрытыми глазами. А курсанты продолжают откровенно ржать. Утро удалось, настроение у всех было соответствующее.

Старшина Мерзлов подходит к Пиму максимально ближе, еще раз внимательно его осматривает с ног до головы, и запредельно выпучив свои наливающиеся кровью глаза, старательно пытается собраться с разбежавшимися мыслями. Всем заметно, что от невозможности правильно воспринять ситуацию из-за ее изначальной нереальности и абсурдности, Игорю Мерзлову нелегко подобрать правильные слова. Глубоко вздохнув и мобилизовав все свое самообладание, старшина ласково и нежно задает сакраментальный вопрос:

— Павлюков, а трусы то где?

Пим равнодушно пожимает плечами, продолжая стоять в строю роты и отрешенно смотреть в затылок впередистоящего товарища. При этом он не издает ни единого звука, а толпа естественно продолжает хохотать уже не переставая — без малейшего перерыва на вдох и выдох.

Вместе со всеми откровенно веселится от души подпирающий тумбочку дневального курсант Серобян. Шутка явно удалась, курсантам уже естественно не до утренней зарядки. День начался с позитива, а это дорогого стоит. Смех, как всем известно, активизирует кислородный обмен и продлевает жизнь. Спасибо, тебе Эдвард, за хорошую порцию смеха.