Люфтваффельники

Наверное, где-то глубоко в душе, Зайчик очень хорошо понимал нас и возможно, даже оправдывал все наши действия, ибо еще совсем недавно сам носил погоны курсанта. Наш непроизвольный спонтанный протест был ему хорошо понятен. Более того, возможно он вызвал у лейтенанта чувство зависти, и даже уважения, так как в свою бытность курсантом, их рота не была такой дружной и не могла реализовать подобную дерзкую операцию. Но обида, что жертвой военного мятежа стал именно он, не давала Зайчику покоя.

Лейтенант с тоской и презрительной жалостью посмотрел на пускающего слюну здоровенного сержанта по прозвищу Винчестер (настоящая фамилия — Гвинтовка), бестолково размахивающего оборванными телефонными проводами, и устало махнул рукой.

В результате, весь состав наряда получил внеочередную возможность поторчать на тумбочке еще пять раз, причем, вне очереди. Наряд бодро ответил: «Есть!» Ребята были согласны на все, ибо «Кавказская пленница» того стоила.

Выпустив пар, лейтенант Зайчик побежал к своей «крольчихе», его реактивный полет на крыльях любви, явно затягивался. Зайчик очень спешил, наверное, пришлось включать форсаж! Любовь! Как мы его понимаем!

Данное ночное происшествие осталось без глобальных последствий, лейтенант повел благоразумно и проявил себя неболтливым и немстительным офицером. Все посвященные в обстоятельства — 144 курсанта + 1 офицер, старательно делали вид, что ничего не произошло. Тем не менее, лейтенанта Зайчика около года, за глаза, называли — «кавказская пленница».

50. Блатной пост

В гарнизонном карауле был один замечательный пост — так называемый «блатной». Этот пост все курсанты нашего училища очень любили за его необычность и связанные с этим ряд положительных и приятных моментов. В принципе, в зимнее время это был самый обычный и абсолютно стандартный пост, а вот летом…

Прелесть была в том, что маршрут этого привлекательного во всех отношениях поста проходил прямо по улицам гостеприимного уральского городка, почти в центральной его части — прямо вдоль здания городского архива, который в свою очередь стоял на пересечении двух довольно-таки многолюдных улочек. Что, в свою очередь для истосковавшихся по любому проявлению маломальской цивилизации, курсантов было фактически «подарком судьбы» или своего рода — билетом в кино на увлекательный сеанс «Гражданская жизнь», которая активно кипела и шумно бурлила за высоким забором военного училища, то есть ежедневно и повсеместно проходила фактически мимо нас. А тут целый архив. Да еще и в центре города. Не то что в окошко посмотреть, но и пару часов по тротуару пошарахаться среди обычных людей законная возможность имеется. Обалдеть, почти что — увольнение в город, на свободу, на волю, в пампасы… Вот оно — маленькое счастье.