Люфтваффельники

Сколько было пролито девичьих слез из-за отмененных свадеб, мама не горюй?! Этими обильными горькими слезами можно было наполнить наш училищный пруд у КПП до краев и еще хватило бы на приличный ручеек.

А сколько ребят испытали психологический шок от своей неожиданной мужской несостоятельности, когда хорошо знакомое с раннего детства содержимое собственной мошонки неожиданно для тебя любимого катастрофически увеличивается до неприлично-огромных размеров и вызывает недоуменное выпучивание удивленных глаз, хаотичное ощупывание такого непредвиденного «богатства», жгучий стыд, панический страх и неприятные болевые ощущения.

А представьте себе, как страшно становиться молодому парню, когда твой дорогой и любимый, а также некогда безотказный и работоспособный «боец» теперь грустно висит в постоянном положении «на пол шестого» и годится только для оправления естественных надобностей, в виде банального мочеиспускания и не более того?! И весь этот ужас в какие-то 19–20 лет?! Кошмар! Шок! Паника! Конец жизни!

Одно радует, что после беглого осмотра у дежурного врача училищной медсанчасти выяснялось, что эта фатальная беда все же поправима достаточно несложным операционным путем. Но, тем не менее, многочисленные нервные клетки, погибшие от внезапно испытанного шока, мощнейшего стресса и прочих многочисленных переживаний, когда в голову лезет всякая дрянь и всевозможные дурные мысли о бесполезной бренности твоего дальнейшего существования, не восстанавливаются, не так ли?! Да еще в перспективе и под скальпель хирурга укладываться надо. Мде…приехали. А все это ради чего…?!

Лично я неоднократно просыпался посреди ночи с криком от страшной боли, когда во сне жестокая судорога цепко хватала мои икроножные мышцы. Хаотично растирая «окаменевшие» ноги, я часто видел, что на соседних койках мои соседи по казарме тоже не спят и с приглушенным стоном пытаются подавить неожиданный приступ мышечной судороги. И таких, как я было немало. Судороги икроножных мышц — это было наименьшее зло, от которого страдали многие ребята.

Но полковника Миллера подобные мелочи жизни не интересовали. Он выполнял категорический приказ нашего генерала о поголовной подготовке курсантов вверенного ему училища ВВС до 90 % от всеобщей численности на перворазрядников и обеспечения заоблачно высокого уровня физической подготовки, дабы не ударить в грязь лицом перед строгой московской комиссией. Генералу был нужен солидный результат с последующим победоносным докладом вышестоящему командованию в ВУЗ ВВС, и верный Миллер дрючил нас и в хвост и в гриву, ежедневно и ежечасно, не вынимая. Работоспособность у него была просто бешенная, и с потенцией у спортивного полковника тоже был полный порядок, на зависть некоторым.