Люфтваффельники

Я же им чемпиона города предоставлю, да что города …?! Все, решено! Ты — член сборной СССР по борьбе!

Видя, что Гнедовский пытается возразить, Копыто не дал ему шанс вставить хотя бы слово в свою вдохновенную речь.

— Нет, ты — член олимпийской сборной СССР! Ну, ладно, ладно, резервный состав! Валера, да тебя там так отмассажируют, что и Москва тебе покориться. Ну, чего расселся, давай собирайся!

— Куда? — спросил Гнедовский ошарашенный внезапным натиском и бурной энергией неугомонного Виктора Копыто.

— Куда-куда?! На кудыкину гору, воровать помидоры! В самоволку, Валера, в нее родимую. Помидоры твои разминать! А ты, что думаешь? К дежурному офицеру пойдем и попросим. Выпишите «увольнительную запиську», дяденька, пожалуйста. Сержанту Гнедовскому бороться послезавтра, а у него примета персональная. Надо сначала девчонку Вику в койке «запороть», тогда и соперника на ковре сможет забороть. Так что ли?!

Гнедовский проклял себя за свой длинный язык, и за то, что угораздило его поделиться подобным с известным треплом Витей Копыто. Но отступать было бессмысленно. Копыто видя, что Валера багровеет от злости, понял, что его жизни и здоровью угрожает реальная опасность, сразу перешел на ласковый тон.

— Валерочка, дружище, ну посуди сам. Зачем препятствовать судьбе. Я — твой счастливый билет. Никто не узнает. В наряде по роте классные парни, я им уже все рассказал. Не злись, по секрету рассказал. Точно, под честное слово. Они все поняли, вошли в положение. Готовы рискнуть. Нас прикроют. Парни — кремень. Дежурный по батальону — лейтенант Зайчик. А у него лямур-тужур-абажур! Женился кролик неделю назад. К бабке не ходи, после отбоя к молодой жене слиняет на часок, а расход личного состава по телефону проверит. Ну, решайся! Ты ничем не рискуешь. А в 4-х этажной общаге, я тебе столько Вик найду. Очередь в коридоре к олимпийскому чемпиону мира выстроится. Вот увидишь. Ну, ладно, не злись! К чемпиону Европы! Пятикратному! Ладно — трехкратному!

Долго ли, коротко, уговаривал Виктор сомневающегося Гнедовского?! В результате уговорил. Гнедовский умылся, почистил зубы, облился одеколоном и поплелся вслед за Витей.

А через 4-ре часа Витя принес Гнедовского в расположение роты на своих руках, фактически приволок на себе. При этом Валера был в бессознательном состоянии, форма грязная, местами разорвана, а на петличке с пропеллером ВВС висел мятый цветок. Такие же жеваные и поломанные цветочки торчали из голенища сапога и бляхи кожаного поясного ремня.

Когда всё население казармы, забыв о сне и об отдыхе, вспомнив свои скудные познания по реанимации и оказанию первой медицинской помощи, бросилось использовать все эти знания на практике. Вызывать «скорую помощь» и докладывать по команде наверх решили только в самом крайнем случае.