Люфтваффельники

Да не суетись ты, и спрячь свой блокнотик. Лично у меня талантов нет, и не предвидится, но я знаю такой талант!!! Просто, ТАЛАНТИЩЕ!!! Человек огромадной самобытной культуры. Поэму по ночам ваяет, причем, исключительно на родном, киргизском языке. Представь, сколько тебе плюсов, как секретарю комсомольской организации отслюнявят. Сам Конфоркин, среди всеобщей серости и убогости, нашел, воспитал, взлелеял и выпестовал такую редкую жемчужину! А?! Может даже назначат в секретари всего батальона! Ну, чем не карьерный рост?! Показать, где талант обитает?!

Конфоркин прикинул возможные головокружительные перспективы в своем скудном умишке и ухватился тонкими ручонками за рукав моей гимнастерки. Идея ему понравилась. Он чуть ли не ссал паром, выпрыгивая из широченного галифе. Еще бы, такая удача. Но, его точило маленькое смутное сомнение.

— На киргизском стишки, говоришь?! А, если наше быдло необразованное, не поймет?! Они же русскую речь не всегда с первого раза понимают. Вдруг освистают мерзавцы?! Это же риск, на грани провала, с последующей опалой. Могут обвинить в политической близорукости! Понимать надо?!

— Не сомневайся, все будет в лучшем виде. Тем более, это развитие национальной самобытной культуры! Замполит, просто охренеет от восторга! А успех, я обеспечу! Грандиозный успех будет, поверь на слово, только одно маленькое условице. Ты, дружок, в агитбригаду запиши еще человек с десяток, я скажу кого, только петь-позориться и скакать по сцене мы не будем, учти. Мы, так сказать — группа поддержки нашего доморощенного поэта. От нарядов, естественно, полное освобождение, а так же индульгенция на будущее от твоих общественно-комсомольских поручений — никаких стенгазет, докладов на собраниях и прочей фигни. Идет?! А успех, будет просто потрясающий! Ошеломительный успех будет! Факт! Гарантирую!

Хлопнув по рукам с комсомольским активистом, я быстренько надиктовал ему десяток фамилий проверенных выдающихся ребят из разряда «рецидивистов-заводил-раздолбаев». Комсорг сначала пытался отнекиваться и спорить в целесообразности привлечения данных кандидатур, но я сумел найти нужные слова и красноречиво убедил составить именно такой список. Отпустив сияющего Конфоркина, я пошел излагать парням из списка, абсолютно гениальный, но простой в исполнении, план.

Наступил день долгожданного конкурса. В просторном училищном клубе восседал весь наш 1-й учебный батальон, до последнего человека, присутствовал партийный бомонд и комсомольский актив всего училища. В жюри восседали важные представители политотдела училища. Офицеры батальона, естественно, располагались на первых рядах амфитеатра зрительного зала.

Конкурсанты в порядке очередности выходили на сцену и старательно блистали своими скудными талантами.