Большие люди

Как ни странно, эта радикальная терапия помогает, и спустя пять минут Люся спит. Но снится ей все равно — он.

__________________

— Гриш…

— Ну?

— Я тут подумал… Некрасиво вышло с Люсей…

— Это мягко сказано, — фыркает старший. — А я тебя предупреждал насчет Эдика!

— Да, да, — досадливо морщится Гоша. — Ты, как всегда прав, о великий старший зануда. Но я вот подумал…

— Очередная гениальная идея? — иронически.

— Да! — с вызовом. — Предлагаю компенсировать Лютику… моральный ущерб.

— Каким это образом?

— У нее же день рождения через неделю. Давай ее пригласим… к нам? Стол накроем, цветы. Устроим Люсе праздник.

— Ты думаешь, ей не с кем отпраздновать день рождения? — в голосе Григория искренне недоумение."

"— Да есть с кем, наверное, — Гоша едва заметно улыбается. Иногда старший брат ему кажется непроходимо дремучим. Или просто — наивным. — Я имею в виду — не в сам день рождения. На следующий. Или через день. Я думаю, Люсе будет приятно.

— Ну… я согласен.

— Отлично. Надо только придумать, что ей подарить. Такое… особенное.

— А я уже придумал, — вдруг усмехается Гриша.

— Что?

— Так я тебе и сказал!

Глава 8. Большая странность

Телефон вибрировал в кармане весь очередной сеанс массажа. При первом же звонке она достала его, посмотрела, что это не мать и не бабушка — звонки от них она принимала всегда. А остальные — подождут. Но этот неизвестный номер был чрезвычайно настырен. И очередной звонок настиг ее буквально за дверью квартиры клиента. Ну, кто там такой нетерпеливый?

Нетерпеливый буквально оглушил ее из трубки, стоило только нажать на кнопку приема вызова.

— Люся, какого черта трубку не берешь?!?

— Гриша?

— Нет, Папа Римский! — рявкнул. И, чуть мягче: — Я час до тебя дозвониться не могу! Почему не отвечаешь?!

Собственно, самый очевидный вопрос — какое он имеет право так на нее орать? Но этот вопрос так и остался незаданным. А вот первая мысль: ""Если орет, значит, что-то случилось"". Именно об этом и спросила.

— Ничего не случилось, — отвечает Гриша уже гораздо спокойнее. — Это я думал, что у тебя что-то случилось. Если час на звонки не отвечаешь.

— Я работала, Гриш, — Людмила прислоняется к стене лестничной площадки. А ведь он ее напугать умудрился. После его криков подумалось почему-то о плохом. О Гошке, например. Что у него что-то случилось, рецидив какой-то или осложнение. А тут… — Ты же видел, как я работаю. У меня руки заняты. Лучше не отвлекаться, мышцы-то разогретые. Ну, ты же должен понимать, я тебе объясняла…

— Я помню, — уже совсем спокойно. — Ну… гхм… извини…

— Но что-то все-таки случилось? — ведь есть у него повод с такой настойчивостью дозваниваться? И, кстати, надо все-таки сохранить его номер.