Безжалостные люди

— Было приятно познакомиться с тобой, Наташа. Давай больше никогда не встречаться, — сказала я и ушла.

Проходя через парадный вход, я окунула палец в освященную воду, прежде чем перекрестилась. Быстро пройдя в проход, где стояли и пели остальные Каллаханы, я встала рядом с Лиамом, который остановился, взглянув на меня. Я улыбнулась и взяла у него книгу.

— Я, Владыка моря и неба, я слышал, как мой народ плачет. Все, кто пребывает во тьме и грехе… — Он не хотел петь, поэтому я толкнула его локтем. Он просто покачал головой, продолжая с того места, на котором я остановилась.

Что ж, я чувствую себя намного лучше.

ЛИАМ

— Мира вам, — сказали мы все.

— Идите с миром, месса закончилась, — ответил священник перед уходом. Вскоре после этого все тоже начали расходиться, однако я схватил Мел прежде, чем она успела пошевелиться.

Она повернулась ко мне, приподняв бровь, как будто понятия не имела, почему я держу ее. Может быть, она действительно не думала, что я замечу.

— Что?

— У тебя кровь на туфле, — сказал я, ожидая объяснений.

Она посмотрела вниз и нахмурилась. Она выглядела совершенно непринужденно, когда достала из сумочки чистящий карандаш, начисто отбелила туфлю, прежде чем взять дезинфицирующее средство для рук.

— Лучше? — спросила она меня с улыбкой. Ради всего святого, у нее не было стыда, и это делало ее еще сексуальнее.

Однако мне нужно было оставаться бесстрастным.

— Да, теперь, как ты испачкала туфли?

Она нахмурилась.

— Лиам, пожалуйста, не заставляй меня лгать в церкви.

— Тогда не лги, Мелоди. — Она собиралась свести меня с ума.

— Я должна была кое-что уладить, — ответила она, кланяясь в сторону алтаря, а затем ушла.

— Из всех женщин в мире…. — Я посмотрел на распятие, прежде чем сделать глубокий вдох и последовал за ней. Я скоро это узнаю. Прямо сейчас мне просто нужно было убедиться, что Четвертый шаг сработал.

Сегодня вечером мы уезжали в лагерь. После этого мы с ней сблизимся и вернемся к убийству тех, кто был менее важен.

Нил быстро подошел, посмотрел на меня и повернулся спиной к остальным членам семьи.

— Лиам, ты уверен? — он спрашивал меня об этом в шестидесятый раз.

— Да, Нил, — вздохнул я. — Пока мы будем в лагере, ты выстрелишь в меня и убедишься, что это хороший, но не смертельный выстрел. Это единственный способ отпустить прошлое.

— Я могу убить тебя, — прошипел он мне, когда мы шли к нашим машинам.

— Если ты это сделаешь, я буду преследовать тебя всю оставшуюся жизнь. — Я ухмыльнулся. — Ты не убьешь меня, Нил. Ты слишком сильно хочешь моего прощения, чтобы убить меня.

— Это опасно, Лиам. Если она узнает…

Я наблюдал за ней, пока она разговаривала с Коралиной и нашим священником. Я не мог не думать о том, как она была красива.

— Мелоди не узнает.