Дом Люцифера

Где-то вдалеке, на пляже, лаяла собака.

Смеялись дети. Кричали чайки. Смит уперся босыми ногами в перекладину перил и задремал. И тут за его спиной раздался голос:

— Не надоели еще мир и покой?

Джон вскочил. Он не слышал, чтобы кто-то открывал дверь, не слышал и шагов по деревянному полу дома. Автоматически потянулся за «береттой», но тут же вспомнил, что она хранится в банковском сейфе в Вашингтоне.

На секунду ему показалось, что то был голос Виктора Тремонта — в нем слышались те же ленивые протяжные нотки.

— Кто здесь, черт побери? — Он резко обернулся.

— Добрый день, полковник Смит. Я ваш поклонник. Позвольте представиться, Натаниэль Фредерик Клейн.

В дверном проеме между верандой и домом стоял мужчина среднего роста, одетый в измятый темный пиджак. В левой руке он держал портфель из телячьей кожи. В правой — отмычку, которую тут же опустил в карман пиджака. У него были редеющие волосы, очки в проволочной оправе на длинном носу и бледная кожа, не видевшая солнца по меньшей мере с прошлого лета.

— Доктор Смит, — поправил его Джон. — А вы, как я понимаю, только что из Вашингтона?

Клейн бегло улыбнулся.

— Стало быть, доктор Смит. Да, прямо из аэропорта. Догадываетесь, по какому случаю?

— Пока что нет. Но выглядите вы как человек, которому есть что сказать.

— Вот как? — Незваный гость уселся в шезлонг. — Вы очень проницательны. Одно из качеств, которое, как я успел убедиться на собственном опыте, делает вас просто незаменимым. — И он принялся пересказывать историю жизни Джона от самого рождения и до службы в армии.

Пока он болтал, Джон все глубже вжимался в кресло. Снова закрыл глаза. А потом вздохнул.

И открыл их, только когда Клейн закончил.

— И все эти сведения, должно быть, хранятся у вас в портфеле. И за время полета вы выучили их наизусть.

Клейн снова позволил себе улыбнуться.

— Вообще-то, не совсем так. Я захватил с собой выпуски журналов за целый месяц. Знаете, как-то отстал в чтении. А полет дал возможность наверстать упущенное. Разные там «Поле и лес», «Дом и сад», в этом роде, — он ослабил узел галстука. — Вот что, доктор Смит. Я предпочел бы перейти прямо к делу. Вы из тех, кого у нас принято называть «мобильный ноль».

— Что?!

— Мобильный ноль, — повторил Клейн. — Вы одиноки, ни родных, ни близких, у вас полностью развязаны руки. Недавно произошла ужасная трагедия, безвозвратно изменившая всю вашу жизнь. Но вы все еще врач, и я знаю, что это для вас важно. Вы прекрасно владеете оружием, умны, преуспели в науках. Семьи, как я уже сказал, у вас нет, лишь несколько близких друзей.

— Да, — сухо заметил Джон. — И к тому же мне светит постоянная безработица.

Клейн усмехнулся."

"— Ну, это вряд ли.