Дом Люцифера

Она была прекрасна, соблазнительна, все эти формы, изгибы, нежная кожа с золотистым загаром.

Ее черные глаза смотрели на него в зеркале.

— Знаешь, Виктор, мне не слишком нравится торчать запертой в гардеробе среди твоих костюмов, пока ты решаешь, не употребить ли меня еще раз."

"Тремонт нахмурился. Эта женщина с гривой падающих на грудь рыжих волос никогда не отличалась терпением и сдержанностью. Тремонт в ней ошибся, что случалось с ним довольно редко. Вообще-то, он подумывал, не трахнуть ли ее еще разок. Да эта сумасшедшая, еще чего доброго, убьет себя, если он скажет, что вовсе не собирается на ней жениться.

— У меня деловая встреча, Мерседес. И мы с тобой пойдем обедать, как только я освобожусь. В твоем любимом «Ле Шеваль» уже заказан столик. Если это тебя не устраивает, можешь идти.

Нет, Мерседес не станет себя убивать. Этой чилийке принадлежали огромные по площади виноградники и винодельческий завод в долине Майпо. Мало того, она являлась членом Совета директоров двух горнодобывающих компаний, а также депутатомом чилийского парламента. А до этого была членом кабинета министров и намеревалась занять эту должность снова. Но, как и все женщины, она отнимала у него слишком много времени, была страшно требовательна и капризна и рано или поздно обязательно начнет настаивать на браке. Нет, ни одна из женщин просто не способна понять, что никакая спутница жизни ему не нужна.

— Так что? — спросила она, продолжая смотреть на него в зеркало. — Никаких обещаний, да? Все женщины одинаковы? Все мы лишь помеха, вечно путаемся под ногами. Виктор может любить только Виктора.

Тремонт почувствовал, как в нем закипает раздражение.

— Я бы не стал делать столь...

— Нет, — перебила она его. — Ведь для этого требуется понимание. — И она села на край постели, свесив длинные стройные ноги, а потом встала. — Кажется, вы мне надоели, доктор Тремонт.

Он оставил галстук и с недоумением наблюдал за тем, как Мерседес подошла к креслу, на котором была свалена одежда, и стала одеваться, даже не глядя в его сторону. И его вдруг охватил гнев. Да что она о себе воображает? Какая все-таки хамка! Совершенно неадекватное, непристойное поведение!.. Но, сделав над собой колоссальное усилие, он подавил гнев. Снова занялся галстуком и улыбнулся ее отражению в зеркале.

— Не смеши меня, дорогая. Будь умницей, пойди и выпей коктейль. И обязательно надень то зеленое платье, в котором ты выглядишь просто сногсшибательно. Буду ждать тебя в «Ле Шеваль» ровно через час. Ну, самое большее, через два.

Она уже оделась в черный костюм от Армани, на его фоне рыжие волосы так и пылали. И, по-прежнему глядя ему прямо в глаза, грубо и громко расхохоталась.