Волшебство любви

В момент раздумий и нерешительности чего он только не вообразил — и как берет ее на полу, и на диване, и на столе, и на кровати… Эти мысли весьма успешно вытеснили все мысли о Луизе, и к тому моменту, как он отпустил кучера и последовал за Франческой в дом, он уже был тверд. Он вошел с намерением овладеть Франческой. В ней было больше огня, чем в факеле, тогда как ему бы хватило и искры, чтобы заполыхать.

За прошедшие с тех пор часы он успел овладеть ею еще два раза, хотя после того первого раза в гостиной они все же перебрались в спальню. Если он думал, что второе совокупление будет менее бурным, то он ошибался в прогнозах. За то время, пока Франческа его раздевала, он уже успел раскалиться добела благодаря ее многочисленным чувственным прикосновениям. Ему было уже не до нежностей, и он просто задрал ей юбки и овладел над шезлонгом.

А сейчас они лежали в постели, и Франческа спиной прижималась к его груди. Тело его было расслабленным и удовлетворенным, но сознание начало выплывать из тумана похоти и желания. Он был бы рад, если бы способность к рациональному мышлению к нему бы так и не вернулась. Тогда он мог бы провести всю ночь вот так: блаженно растянувшись рядом с самой восхитительной и самой неотразимой женщиной в мире. Но каким-то образом благоразумие сумело отвоевать утраченные ранее позиции. И вместе с ним явились муки вины. Эдвард полагал, что после того, как несколько часов кряду вел себя с ней как дикарь, нет, скорее как похотливое животное, он был перед ней в долгу. Он должен был как-то объясниться. Выразить свое к ней отношение. То, что он ее хотел, было вполне очевидно. Как и то, что она хотела его. Однако одной ночи было недостаточно. Он уже думал о продолжении. Но он не строил в отношении Франчески никаких планов. Если он хотел встречаться с ней и дальше, то ради справедливости он должен быть с ней честен.

— Это была моя невеста, — сказал он, выбрав самую очевидную стартовую точку. — В Кливленд-Хаус. С маркизом Колвертоном."

"Франческа повернула голову и сонно, мечтательно ему улыбнулась. Медные волосы ее рассыпались по белым простыням и бледным плечам. Они касались его предплечья и были такими мягкими и шелковистыми на ощупь.

— Я знаю.

— Ах да, конечно. Из газеты Слоуна.

— Газета и сплетни, и недомолвки, и то, как все вокруг многозначительно замолчали, когда вы с ней встретились. — Франческа закатила глаза. — В Лондоне ничто нельзя сохранить в тайне.

— Нельзя, — пробормотал Эдвард, целуя ее в плечо. — Я согласен.

Франческа отвернулась.

— Я считаю, что ты великолепно справился с ситуацией. Леди не в чем тебя упрекнуть.

Он едва удержался, чтобы презрительно не хмыкнуть.

— Я уверен, что сделал ей приятное.

Франческа немного помолчала.

— Та встреча была вашей первой после?..

— Да.