Тёмные не признаются в любви

Остальное предложила съесть им, если пожелают.

– Леди, разделить с вами трапезу – честь для нас, – серьезно произнес Айк.

Я смутилась. С чего бы вдруг? Если я – обычная латорийка, дочь барона? Учусь в КУМе, но пиетета перед магами темные не испытывали. Непонятно все…

Еще заметила странность: те несколько вампиров, которые разгуливали среди участниц и нагло смущали их комплиментами на грани приличия, смотрели на меня по-другому. Как? Сложно облачить в слова впечатления, но точно не как на деликатес.

На другом конце зала мелькнули зеленые волосы. Мадлен?..

– Простите, я оставлю вас – вижу потерявшуюся среди участниц соседку.

И я фактически сбежала от странных, слишком дружелюбных оборотней.

На полпути меня перехватила сестра.

– А ты злопамятная, Элея! – сердито, но очень тихо произнесла она. – Не знаю, как этого добилась, но позже, когда закончится отбор, ты сильно пожалеешь. Я ведь не прощу, Элеяра! Расскажу все маме и отцу.

Криста угрожала, но при этом сладко улыбалась, бросая из-под темных ресниц томные взгляды на проходивших мимо давелийцев. Ни один не сбился с шага, не застыл, завороженный ее яркой внешностью, как раньше бывало с латорийскими аристократами. Может, потому, что милая, трепетная красавица шипела змеей, не подозревая, что темные ее слышат?"

"Я хотела промолчать, чтобы она позорилась и дальше, но… как бы себя Криста ни вела, что бы ни говорила, она все равно оставалась моей сестрой.

– Если ты забыла, напомню: большинство темных – оборотни с острым слухом или маги, его усиливающие заклинанием, – предупредила ее честно и попросила: – Давай уже прямо говори, без угроз, что тебе снова не так?

Криста переменилась в лице – предостережение стало для нее откровением.

– Ты у нас, как всегда, добренькая и благородная, да? Надеешься, что боги вознаградят за хорошее поведение?

– «Отвечает болью на боль, ложью на ложь только слабый человек», – процитировала я слова, выбитые на стене храма богини Матери.

Криста оценила сказанное – покраснела, рвано задышала, утратив контроль над самообладанием.

– Раз ты у нас такая правильная, – процедила она сквозь зубы, – зачем натравила на меня женихов?

– Я?.. Вам, случайно, вино не подавали? Ты бредишь, Криста.

– О нет, милая моя! За все время никто из давелийцев ко мне не подошел, не предложил сок или фрукты. Страхолюдинам говорили комплименты, а мне – нет! Да на меня даже никто не взглянул!

От гнева сестру лихорадило, обычно она лучше контролировала себя. Как бы не отозвалась эмоциональная встряска серьезными последствиями.

– Криста, успокойся – ты привлекаешь ненужное внимание.

– Пускай, все равно меня никто не выберет.