Смерть и немного любви

– Так вы собираетесь тело убирать или как? – недовольно спросил он, с осуждением глядя на стоящую посреди стола бутылку водки и два пустых стакана. – Я здесь до завтра торчать с вами не буду.

– Ну и не торчи, – огрызнулся Павел. – Не хочешь дело делать – вали отсюда, без тебя управимся.

– Я должен квартиру запереть и опечатать, – с важным видом ответил милиционер. – Завтра следователь приедет место осматривать, может, покойник-то не сам умер, а убили его.

Следователь, конечно, уже приезжал, но, увидев, в каком состоянии труп, скорчил брезгливую мину и заявил, что в таких условиях он работать не может. Велел обвести мелом положение трупа, ничего в квартире не трогать, а он, мол, вернется завтра вместе с экспертами.

– Да пошел ты… – фыркнул санитар и нехотя поднялся. – Ладно, Вероника Матвеевна, давайте будем пробовать.

Он вынул из кармана пару резиновых перчаток и протянул Турбиной.

– Вот, наденьте.

– А вы как же?

– Да как-нибудь обойдусь, я привычный.

– Нет-нет, – забеспокоилась она. В ней вдруг проснулся врач. – Без перчаток никак нельзя. А вдруг у вас на руках порез или царапина? Отравление трупным ядом – это не шутки. Подождите, я сейчас что-нибудь найду.

Она полезла в кухонный шкафчик и отыскала пару перчаток для мытья посуды. Конечно, это не совсем то, что нужно, но все-таки…

Она глубоко вдохнула и решительно двинулась вместе с Павлом в квартиру, где лежал покойник. Павел задумчиво постоял над разлагающимся телом, казалось, он даже не замечал зловония, от которого у Турбиной моментально начались спазмы в горле.

– Да, ситуация, – протянул он. – Надо бы клеенку найти, руками-то мы его не соберем. Клееночку под него протянем – и за концы поднимем.

Вероника Матвеевна бегом ринулась к себе. Через несколько минут к ней зашел Павел и с удивлением увидел, что она сидит на кухне, уронив голову на руки.

– Я думал, вы клеенку ищете, – недовольно протянул он. – Жду вас, жду, а вы тут сидите."

"– Я не могу, – простонала она. – Простите меня, Паша. Я не могу.

– Вероника Матвеевна, нужно. Возьмите себя в руки. Вы же понимаете, что, кроме нас с вами, этого никто не сделает. Ну? Миленькая, вы же такая сильная женщина, ну постарайтесь.

– Нет, не могу.

– Давайте еще по чуть-чуть, – решительно сказал санитар и, не спрашивая согласия, быстро налил ей еще полстакана водки и буквально сунул в руку. – Давайте залпом, должно помочь.

Она зажмурилась и выпила. Через пару минут ей показалось, что стало легче. Ну что она, в самом-то деле, как маленькая. Надо – значит, надо.

– Пойдемте, Паша, – сказала она, тяжело поднимаясь со стула.

На этот раз она продержалась дольше.