Смерть и немного любви

Через несколько минут ей стало легче, сведенные будто судорогой мышцы расслабились и разжались, озноб прекратился.

Настя тщательно вытерлась большим толстым полотенцем, закуталась в халат и ушла в комнату. Включила телевизор, но тут же с раздражением выключила его. По одной программе какой-то тип с утомленным светской жизнью лицом многозначительно пел: «Давай вечером умрем весело – поиграем в декаданс». По другой шла очередная мыльная опера. По третьей – футбол. По четвертой – что-то совершенно невообразимое, с кривляющимся патлатым шоуменом.

«Боже мой, мама, ты даже не представляешь, как мы здесь живем, – думала она, раскладывая диван и доставая из тумбы постельное белье. – Ты даже не представляешь, что здесь у нас творится. Ты меряешь наших людей какими-то несуществующими мерками, которые годятся только для сказочных героев и романтических принцев. Ведь если мне не нравится то, что показывают по телевизору, а это все равно показывают, причем по всем каналам, значит, большинству-то нравится. Выходит, в нашей стране большинство – это люди, которым нравится этот патлатый идиот с плоскими шутками, эти бесконечные клипы с примитивными певцами в заклепках и браслетах, эта реклама, от которой хочется повеситься. Мы теперь такие, мама, озлобленные и тупые, а ты продолжаешь мерить нас христианскими понятиями „добрый“ или „злой“. Мы с тобой, наверное, уже никогда не поймем друг друга. Мы стали совсем чужими и далекими».

Она сняла халат, погасила свет, скользнула под одеяло и горько заплакала.

Глава 9

Валерий Турбин проводил Элю до дверей ее квартиры и вопросительно заглянул в глаза девушке. Нет, как он и ожидал, она снова не приглашает его к себе домой. Он по-прежнему должен оставаться в положении поклонника-ухажера, а не жениха, который еще неделю назад, если бы не глупая случайность, стал бы законным мужем. Ну почему все так? Почему?

– Когда я тебя увижу? – спросил он, видя, что Эля уже достала ключи.

– Завтра, наверное, – тихо ответила она.

– Ты расстроена?

– Нет, все в порядке.

– Я знаю, ты все еще переживаешь из-за того, что наговорил вчера этот мерзавец. Эленька, любимая моя, я ни капельки не ревную, я никогда не упрекну тебя, клянусь. Ну забудь ты все это.

– Значит, Марат был прав, – задумчиво проговорила девушка и скрылась в квартире, оставив жениха на лестнице.

Турбин с досадой ударил кулаком по стенке. Ну почему ему так не везет, а? Все шло так гладко, так ровно, и вдруг это убийство дурацкое, которое все сломало. Свадьбу отложили, а теперь еще вмешался этот Марат со своими деньгами и богатейскими замашками."

"«Значит, Марат был прав…» Конечно, черт возьми, еще как прав, десять, сто, тысячу раз прав! Каждое его слово – правда, против которой и возразить нечего.