Академия моей любви

Кольцо протестующе полыхнуло жаром и стиснуло палец. Я даже вскрикнула от боли и притормозила.

Как оказалось, вовремя. У нас осталось ровно двадцать шагов, чтобы слегка отдышаться (мне, потому что Кори совсем не запыхалась) и поправить волосы и одежду.

Так что в полукруглый ступенчатый зал без окон мы не влетели, а вплыли, как подобает настоящим дамам. Ну… почти.

Устроились в первом, почти пустом, ряду.

А буквально через пару секунд стену у кафедры прорезала вспышка портала, и из него шагнул магистр Вэларт.

– Добро пожаловать в лучшую Академию! – начал он с улыбкой, которая тут же превратилась в хищный оскал. – На лучший факультет, где выживут лишь лучшие!

Э-э-э… Что? Надеюсь, это просто фигура речи? И выживут – это останутся учиться?

– Первокурсники наверняка удивляются, – продолжил магистр, – что в этой аудитории собрались все курсы. – Да я даже не заметила! – На других факультетах это действительно не принято. Только на нашем факультете каждый год находятся уникумы, начисто игнорирующие правила.

Откуда-то с дальних рядов послышались смешки.

– Именно для них я каждый год повторяю: никакой боевой магии вне полигона! Вообще! Совсем! Абсолютно! Вас, не к месту веселящийся Рэнтон, это особенно касается – за проделанную в прошлом году дыру в восточной башне вы года три будете работать практически даром. А ваш приятель Сарм на выплату ущерба спустил уже треть наследства. Клянусь, больших балбесов эти древние стены ещё не видели!

Я судорожно вздохнула, радуясь тому, что я не парень. Ведь балбесы, обычно, они.

Рядом сдавленно крякнула Кори, а однокурсник, сидевший позади нас, закашлялся, словно чем-то подавился.

Взгляд магистра Вэларта тут же устремился в нашу сторону, губы дрогнули в странноватой улыбке. Но проректор почти сразу отвернулся и продолжил распекать «самый лучший факультет».

Я слушала и, кажется, была единственной, кто удивлялся. Со слов Вэларта выходило, что мне предстоит учиться в компании конченых, отбитых на всю голову отщепенцев.

Даже мурашки по спине побежали! Но здравый смысл шепнул, что препод точно преувеличивает. Ситуация не может быть настолько ужасной. Боевые маги… они просто чуть более горячие, чем остальные. Этакие сильные, уверенные в себе люди, иногда переступающие грань.

Тем я и успокоилась. Вздохнула и продолжила слушать выступление того, кто спас меня от незамедлительного брака.

В конце этой организационной «лекции» в аудиторию вошёл невзрачного вида старикашка, и Вэларт объявил, что первокурсники остаются, а остальные «брысь к себе!».

Народ подчинился. Остальные курсы слаженно встали и этакой лавиной потекли вниз с амфитеатра. Ну а старикашка оказался преподавателем «Истории боевой магии».