Академия моей любви

Высокую, полупрозрачную. И Зейна, которого прямо-таки перекосило.

Миг, на ладонях принца вспыхнули ало-синие шары и тут же полетели в стену. Прозрачная преграда пошла кругами и возникло ощущение, что едва не лопнула.

Так! Всё понятно!

– Контракт, господин Вэларт! – взвизгнула я. – Срочно!

Из-за стены донеслось глухое и яростное:

– Ринабелла, не смей ничего подписывать!

Но…

Я знаю, что подписывать документы не читая – огромнейшая глупость, но иного варианта, увы, не было. Ведь вспышка артефакта – это лишь вступительный экзамен, а экзамены ничего не значат, пока не напишешь заявление, не оформишь пачку бумаг?

Вот я и поставила росчерк! Вэларт буквально в один миг вынул откуда-то свиток, испещрённый мелкими буквами, и перьевую ручку в стиле нашего земного ретро.

Я расписалась. А из-за стены донеслось:

– Магистр, вы покойник!

Встречная улыбка проректора выглядела несколько гадко.

Ответ и вовсе вышел убийственный:

– Сначала научись атаковать нормально. Тоже мне маг.

Новый взмах рукой, контракт исчез, просто растворился в воздухе, а передо мной возникла высокая мерцающая арка – хищная и пугающая.

– Прошу вас, леди Ринабелла, – Вэларт стал сама любезность, и это немного насторожило.

– Стой, Рина! Не смей! Мы сейчас оспорим!

На последней фразе прогремел гром. Пол содрогнулся, с потолка посыпался песок, а круги на прозрачной стене стали интенсивнее, словно та вот-вот рухнет.

– Быстрее, леди Рина, – процедил Вэларт, сохраняя показательную улыбку. Улыбка адресовалась Зейну.

Я кивнула.

Но прежде чем войти в арку, уточнила:

– Куда ведёт портал?

– В Главную Академию Магии, конечно.

– А это… – я удивлённо огляделась.

– А это, уважаемая адептка боевого факультета, основной столичный филиал."

"ГЛАВА 8"

"Аналог МГУ, говорите?

В таком случае место, куда я попала, преодолев в один шаг светящуюся арку, филиал в деревне Гадюкино. Причём деревне покинутой лет так триста назад.

Кругом был лес… Дремучий такой, пугающий – как иллюстрация к сказке про бабу-Ягу.

Подпирающие небо ели чередовались с чахлыми, корявыми берёзами и незнакомыми деревьями с лиловато-серой листвой. Внизу к стволам жались оплетённые подозрительной паутиной кусты.

Сырость, тусклые, едва-едва проникающие сквозь кроны солнечные лучи добавляли пейзажу ""прелести"". А ещё где-то справа жалобно квакали, и, кажется, кто-то кого-то жевал.

И что примечательно, посреди этой чащи я очутилась совершенно одна. Фрейлины, камеристка, телохранители, Зейн и магистр Вэларт остались по ту сторону портала. А я – по эту. Под могучей ёлкой с видом на пень, похожий на ежа из-за поросли поганок на нём. В шёлковом платье в пол, плащике, способном разве что от комаров защитить – и то, смотря насколько они будут голодны, – и туфельках.

Чудно! Ничего не скажешь.