Любви много не бывает!

— Тут я и сам бы мог, но спасибо, — отвечаю я и легонько, едва заметно сжимаю её плечико.

Я на самом деле чувствую себя гораздо лучше, но как последний эгоист, хочу продлить время нашего с Ди общения. Есть в ней что-то такое, что манит меня и притягивает.

Возможно, всё дело в её легком характере, отзывчивости и неравнодушии… Но чёрт возьми, мне хочется верить, что я ей тоже приглянулся.

Выходим из лифта. Тянусь в карман за связкой ключей. Она довольно увесистая. Такая, что пару раз даже помогала мне при задержаниях — метаю я метко.

— Твою… — ругаюсь я, роняя ключи.

Пальцы не слушаются — это последствия старой травмы.

Слышу, как Диана цокает языком. Мгновение и вот она уже наклоняется за ними, оттопыривая, сука, аппетитную попку, обтянутую юбкой. Руки так и тянуться потрогать. Уверен, повреждённым связкам не помешал бы сейчас массаж.

Ух, я б сейчас с удовольствием помял её булочки…

— Гав! Гав! Гав! — лает Зевс, развеивая мои крамольные мыслишки.

Протягиваю руку, чтобы забрать ключи:

— Спасибо!

— Что уж там, сама открою… Только скажи какой?

— Вот этот от тамбура, — показываю на длинный продолговатый ключ, — А вот эти два — от квартиры.

Не забывая, что в гостях…

От лица Дианы…

Забираю из большой мужской руки тяжеленную связку, состоящую из десятка разных по размеру и форме ключей. Среди них замечаю аж три магнитных и два брелока. Один в виде миниатюрной боксёрской груши, а второй, похоже медный, фигурка сидящего добермана. Из чего делаю вывод: первое, Владимир любит свою собаку; второе, он занимается или занимался боксом, а значит, у него наверняка отлично развиты мышцы пресса и руки.

При мысли о спортивном телосложении моего соседа, прикусываю нижнюю губу, в то время как сама сражаюсь с замком.

— Кхм… — откашливается он, нависая над моим ухом, — Замок немного заедает, поэтому дверь нужно немного приподнять вверх плечом. Сумеешь?

Киваю «да».

Делаю всё как он говорит. Не без труда, конечно, но справляюсь с задачей.

Дверь в квартиру открываю без проблем. Она новая и нигде ничего не заедает.

Заходим. Владимир прислоняется к стенке и с облегчением выдыхает.

— Вот так… Постой здесь, — говорю я ему, опираясь правой рукой в мощную мужскую грудь, а левой пытаюсь закрыть входную дверь.

— Просто потяни на себя. Она автоматическая, — улыбается Владимир. — И можешь меня уже отпустить, я не упаду.

— Ой, прости…

— Да ничего… Поможешь снять тулуп?

Звучит как чистая провокация, и я бы подумала бы именно так, если всего полчаса назад не видела его крови.

Так, дыши, Диана…

Я не боюсь вида крови, но вдруг там действительно что-то страшное.

— Давай… Так… аккуратно…

«Нет, чтобы отойти от стенки», — фырчу про себя, — «Стоит словно к ней прилип».