Гипотеза любви

 — Они просто кажутся мне… отвратительными."

"Оливия шмыгнула носом и посмотрела на него снизу вверх. Искушение обнять его было почти непреодолимым. Но она уже делала это сегодня, так что ограничилась тем, что похлопала его по руке.

— Оу.

Он испепелил ее взглядом.

— Не надо мне «оу».

Это было так трогательно. Он очень трогательный.

— Нет, правда, они отвратительные. Протыкают тебя этой штукой, и ты истекаешь кровью. Ощущение… буэ.

Она выбралась из машины и дождалась, пока выйдет он.

Когда Адам присоединился к ней, она ободряюще улыбнулась.

— Я понимаю.

— Правда? — спросил он недоверчиво.

— Ага. Они ужасные.

Он все еще смотрел с некоторым сомнением.

— Да.

— И страшные. — Оливия подхватила его под локоть и потащила к тенту «Вируселлы». — И все же тебе нужно это преодолеть. Мы идем делать прививку от гриппа.

— Я…

— Это не обсуждается. Я буду держать тебя за руку в процессе.

— Не нужно мне, чтобы ты держала меня за руку. Потому что я не собираюсь этого делать.

Вот только ему придется. Он мог бы упереться обеими ногами, стоять на своем и превратиться в соляной столп, и Оливии не удалось бы его никуда потащить. И все же.

Она позволила своей руке соскользнуть на его запястье и посмотрела на него снизу вверх.

— Еще как собираешься.

— Прошу. — Его взгляд был полон боли. — Не заставляй меня.

Он был ужасно трогательный.

— Это для твоего же блага. И ради блага тех пожилых людей, которые могут подойти к тебе слишком близко. Еще более пожилых, чем ты, вот.

Адам вздохнул, признавая поражение.

— Оливия.

— Ну же. Может, нам повезет, и нас увидит завкафедрой. А после я куплю тебе мороженого в вафле.

— За него придется платить мне? — Теперь в его голосе звучала покорность.

— Скорее всего. На самом деле, нет: наверное, ты все равно не любишь мороженое, потому что ты против всего хорошего в этой жизни. — Она задумчиво покусывала нижнюю губу. — Может быть, в кафе найдется сырая брокколи?

— Я не заслуживаю словесных оскорблений в довесок к прививке от гриппа.

Оливия просияла.

— Ты такой смельчак. Даже несмотря на большую злую иглу, которая только и ждет, чтобы тебя уколоть.

— Очень смешно.

И все же он не сопротивлялся и покорно шел за ней.

Было утро в начале сентября, солнце уже светило слишком ярко и жгло через хлопок рубашки. Листья амбровых деревьев все еще сохраняли глубокий зеленый цвет и, казалось, не собирались жухнуть. В этом году все было по-другому, не так, как в последние несколько лет: лето, полное и зрелое, казалось, не хотело заканчиваться с началом семестра.