Гипотеза любви

Я не знал, будет ли у меня время заглянуть в кампус перед отъездом. Садитесь, пожалуйста.

Адам вышел из комнаты, видимо, чтобы принять душ, и Оливия почувствовала, как сердце у нее забилось быстрее. Том принял решение. Ее судьба определится в следующие несколько минут.

— Не могли бы вы прояснить для меня кое-что? — попросил он, поворачивая свой ноутбук к ней и указывая на несколько цифр в отчете, который она выслала. — Чтобы убедиться, что я верно понимаю ваши протоколы.

Двадцать минут спустя, когда Адам вернулся с влажными волосами и в одной из своих многочисленных рубашек «Хенли» — они все были немного разные, но каждая сидела на нем идеально, и это ужасно раздражало, — Оливия как раз завершила рассказ о своих анализах РНК. Том делал заметки в ноутбуке.

— Когда закончите, могу подвезти тебя обратно в кампус, Оливия, — предложил Адам. — Мне все равно надо туда заехать.

— Мы закончили, — сказал Том, все еще печатая. — Передаю ее тебе.

Вот как. Оливия кивнула и осторожно встала. Том еще не дал ей ответа. Он задал много интересных, умных вопросов о проекте, но не сказал, хочет ли работать с ней в будущем году. Значило ли это, что ответ был отрицательным, но он предпочел не сообщать об этом в доме ее «парня»? А что, если он никогда не считал ее работу достойной финансирования? Что, если он просто притворялся, потому что Адам — его друг? Адам говорил, что Том не такой, но он мог ошибаться, и теперь…

— Ты готова? — спросил Адам.

Она взяла рюкзак, пытаясь собраться с мыслями. С ней все в порядке. Все вообще в порядке. Поплакать можно будет позже.

— Да, идем. — Она перекатилась с носка на пятку, бросив на Тома последний взгляд. К сожалению, он казался поглощенным своим ноутом. — Пока, Том. Было приятно познакомиться. Хорошей поездки.

— Взаимно, — сказал он, даже не взглянув на нее. — Хорошо поговорили.

— Да.

«Должно быть, всему виной раздел по геномной диагностике», — подумала Оливия, выходя из комнаты вслед за Адамом. Она подозревала, что этот раздел слабоват, но сглупила и все равно включила его в отчет. Глупо. Глупо, глупо. Следовало его доработать. Сейчас главное было не заплакать, пока она не…

— Оливия, — окликнул ее Том.

Она задержалась в дверном проеме и оглянулась.

— Да?

— Увидимся в следующем году в Гарварде, так ведь? — Он наконец поднял взгляд и посмотрел на нее. — У меня специально для вас есть прекрасный рабочий стол.

Ее сердце подпрыгнуло. Оно буквально взорвалось радостью у нее в груди, и Оливия почувствовала, как ее захлестнула бурная волна счастья, гордости и облегчения. Этот шквал вполне мог повалить ее на пол, но каким-то биологическим чудом она умудрилась остаться на ногах и улыбнуться Тому.