Путь долга и любви

Мальчишка! О Создатели, какой же он ещё мальчишка!

— П-проходите…

Аферист из рода Донтор лучисто улыбнулся и повёл в кабинет… к другому аферисту!

Нас ждали. Нас действительно ждали, причём с распростёртыми объятиями!

Архимаг, который вчера являл собой образчик спокойствия и строгости, сидел за широким столом и сиял, как весеннее солнышко.

— Вы так пунктуальны, — с какой-то особенной улыбкой сказал он.

Терри усмехнулся в ответ, а я была более вежлива — присела в реверансе, сказала:

— Добрый день, господин Лаун.

— Очень добрый, — согласился глава дурборского Ордена, указывая на гостевые кресла. — Присаживайтесь.

Я спешно расстегнула застёжки шубки, а вот саму шубку снимал уже Кир, ну в смысле Терри. Архимаг наблюдал за нашими манёврами с той же странной улыбочкой. А ещё жмурился, как сытый котяра, и едва не мурлыкал.

Когда я села в кресло, мне подвинули чернильницу, перо и стопку бумаг.

— Формуляры, которые необходимо заполнить, — доверительно шепнул Лаун.

Я слегка удивилась — не формулярам, разумеется, тону. Но перо взяла и первый лист тоже. Заполнять и подписывать «не глядя», конечно, не собиралась — я же дочь Форана из рода Бьен, мне прекрасно известно, чем грозит подобное легкомыслие.

Их высочество тоже в кресло опустились, и тут же удостоились вопроса.

— Я правильно понял, что ты больше не намерен скрывать имя рода, Кир?

Теридан-Кирстен из рода Донтор кивнул, а улыбка главы Ордена стала стократ шире.

Архимаг откинулся на спинку кресла, одарил нас предельно хитрым взглядом. А в следующую секунду пространство перед ним дрогнуло — вспышка, и в кабинете стало на одного гостя больше. Нет, к нам не человек присоединился, а маленький почтовый журавлик.

Бумажная птичка взмыла под потолок, чтобы тут же обрушиться на голову Лауна. Тот увернулся, выбросил руку, но поймать посланца не успел — журавлик тоже неплохо уворачивался."

"Новый взлёт, вираж, подобный тем, что закладывает боевой дракон перед нападением и, собственно, нападение. Лауна клюнули в темечко.

— Да твою ж!.. — выругался хозяин кабинета. Но он не злился, наоборот.

Ещё один выпад, и птичка оказалась в кулаке.

Боевик наблюдал за происходящим с лёгкой улыбкой, а я не скрывала удивления. Так что именно мне и пояснили:

— Центрус негодует.

Что?!

Лаун сломал магическую печать, развернул листок и вчитался в послание. Я же застыла, напрочь забыв о формулярах. Правда, вместо дальнейших пояснений услышала:

— Ты пиши, пиши…

Мне кажется или мир в самом деле с ума сходить начал?

Я действительно вернулась к бумагам, а в кабинете воцарилась тишина. Правда, длилась она недолго… Очень скоро раздался уверенный стук в дверь, а спустя миг мы услышали голос нового секретаря, который… кажется, уже проклинал свою работу.