Бесконечность любви, бесконечность печали.

- Я в этом отделении по два раза в год лежу и знаю, где лучше, а где хуже.

-      Извините, повернитесь, пожалуйста, - обойдя кровать с другой стороны, медсестра тронула Алису за плечо.

-      Вежливая, - с удивлением прокомментировала соседка Кати, после того как девушка покинула палату

-      Это пока молодая - вежливая. Поработает пару лет - станет как все, - усмехнулась завсегдатай отделения. - Насмотрелась я на них. А ты зря к окну легла, - повернула она голову в сторону Алисы. - Дует там. Это я окна расклеила.

-      Зачем? В палате нежарко, - подняла голову девушка с телефоном.

-      Зато дышать есть чем.

-      Так сами и ложитесь к окну, если вам воздуха не хватает, - возмущенно посоветовала девушка.

-      А ты меня не учи, не доросла еще, - с вызовом отчеканила женщина. - Там воспаление легких можно подхватить.

-      Вот интересная логика: вам простужаться нельзя, а кому-то другому можно? - не выдержала Катя.

-      А мне до других дела нету.

Похоже, подкрепившись, старушка заскучала и искала повод для конфликта с соседками. Снова открылась дверь. В палате с бутылками в руках появилась другая медсестра, постарше первой.

-      Проскурина, - прочитала она надписи на бутылках.

-      Я здесь, - подала голос Катя и, сняв очки, заползла под одеяло, освободив от одежды руку для капельницы.

Опустив бутылки в крепления, медсестра взглянула на внутреннюю поверхность локтя больной и замерла: живого места в районе сгиба нет! Синюшность, припухлость, запекшиеся следы... Мамина наследственность - и сама кожа, и подкожная ткань активно реагировали на любую мелкую травму. О синяках, неожиданно проступавших в том или ином месте, и говорить не приходилось. А ведь она порой и вспомнить не могла, где и как ударилась.

-      Мазью рассасывающей пользуетесь? - с сочувствием спросила медсестра.

Катя кивнула. Увы, ее гематомы сильнее мази.

-      Покажите левую руку.

-      Там еще хуже. Вчера ставили.

Глянув на вены другой руки, медсестра только вздохнула.

-      Понятно... Потерпите, я постараюсь небольно. Расслабьтесь и не смотрите.

Катя послушно отвернула голову. Игла практически безболезненно проткнула кожу и вошла в вену.

-      У вас золотые руки, - улыбнулась Катя. - Спасибо!

-      Спасибо в карман не положишь, - встряла настроенная на конфликт женщина. - Александровна - еще та мастерица. Все карманы, небось, шоколадками забиты.

Медсестра и ухом не повела и перешла к кровати Алисы.

-      Лягте удобнее, - попросила она. - Не напрягайтесь... вот так... все.

Отрегулировав в капельнице скорость, она проверила, как поступает лекарство у другой больной, и вышла из палаты.

Обреченно взглянув на почти полную бутылку, Катя уставилась в потолок, обнаружила трещинку, проследила, куда она тянется.