Бесконечность любви, бесконечность печали.

Все женщины - продажные шлюхи! Все без исключения! Осо­бенно карьеристки - эти отца родного сдадут ради одной ступень­ки вверх! И его супруга не лучше. Ее ведь тоже кто-то продвигает. Обухов слишком хорошо знает: сами по себе такие дела не проис­ходят! Фу, какие шлюхи! Одним голову дурят, с другими спят. По­нятно теперь, почему Валерия словом не обмолвилась, что знако­ма с Ладышевым-младшим. И не просто знакома, а, оказывается, собиралась за него замуж!

«Потаскуха! Сволочь, б... - дернув собачий поводок, Обухов едва слышно выругался, осмотрелся: Валерия уже на месте. Теперь главное, чтобы поблизости не оказалось любопытных глаз. - И тогда, сучка, с двумя спала, и сейчас. И меня при себе держит, и Ла- дышева. А ведь сегодня он не последний человек в медицинском бизнесе. Выходит, нас обоих использует. Ну и сволочь же!.. Жаль, нельзя ее прямо сейчас послать подальше. Опасно, очень опасно приблизился... Такая будет мстить, ни переднем не остановится... А о Ладышеве для начала надо выпытать побольше...»

- Привет! - проходя мимо скамейки, на краешке которой, под­стелив пакет, сидела Лежнивец, глухо поздоровался Юрий. - Иди следом, только на расстоянии.

- А собака? - округлила та глаза. - Я боюсь больших собак!

- Людей надо бояться, - процедил сквозь зубы Обухов. - Отвела мне роль слепого котенка в своих интригах? Давай выкладывай все с самого начала, не стесняйся.

- С какого начала?

Прихватив пакет, Лера растерянно засеменила следом - с дру­гой стороны, подальше от пса.

- Как оперировала вместе с сынком профессора Ладышева, как спала с ним, замуж навострилась, - перечислил Юрий. - И не пы­тайся врать, что не поддерживаешь с ним отношений. Не поверю,

прошипел он.

- Но это правда! Мы не виделись с того времени, как расста­лись... Много лет, - с жаром принялась было оправдываться Вале­рия, как вдруг поняла, что признала факт более близкого знаком­ства с Ладышевым, и прикусила язык.

Впрочем, похоже, отрицать все бессмысленно. Уж слишком во­инственно настроен Обухов.

- Предположим, - усмехнулся он. - Только я перед уходом с работы освежил в памяти статью о профессоре и заметил одну странность: с чего бы это журналистка тебя пожалела? Ни имени не назвала, ни фамилии. От самого Ладышева поступило такое указание? Ты ему карьеру и жизнь едва не сломала, а он, выходит, вдруг все забыл? Так не бывает. Признавайся, часто с ним спишь?

- Юра, ты с ума сошел! - округлила глаза Валерия. - Честное сло­во, я ничего не знала о нем долгие годы! Да, я разыскала его после выхода статьи. По одной простой причине: я испугалась. Вдруг он станет мстить? Только встретиться он отказался. Категорически.

- А мне почему ничего не сказала?

- Юра, неужели ты не понимаешь почему? - для убедительно­сти Валерия театрально прижала руки к груди.