Любовные утехи русских цариц

Выпив раствор из истолченного алмаза (что само по себе очень трудно осуществить ввиду его необыкновенной твердости), человек сначала мучился жесточайшими коликами (болезнью, так распространенной у русских цариц; коликами страдали Анна Иоанновна, Елизавета Петровна, Екатерина Великая), а потом в Муках умирал. Об этом говорил Иван Грозный, подозревая в насильственной смерти своих трех жен бояр, действовавших не чем иным, как истолченными алмазами. Отсюда будто и лютость в царе развилась и необыкновенная ненависть к боярам. Долгое время ученые думали, что смерть его трех жен не была насильственной, но новейшие исследования подтвердили предположения Ивана Грозного об отравлении, но только не алмазами, а обыкновенными парами ртути.

Ученые в 1995 году открыли саркофаг 435-летней давности — первой жены Ивана Грозного Анастасии, давно причисленной к лику святых и почитаемой в церквях, и исследовали хорошо сохранившуюся косу. Химики при внимательном изучении нескольких волосков обнаружили, что причиной смерти русской царицы было отравление солями ртути. Такой же яд был обнаружен на остатках истлевшей одежды. Пары ртути, применяемые как яд, были хорошо тогда известны, Аристотель называл этот яд «серебряной водой».

Эти сенсационные сведения мы почерпнули из совсем недавнего источника — журнала «Наука и жизнь», № 4 за 1997 год. Почему такое революционное открытие, могущее изменить в корне характеристику Ивана Грозного — от его врожденного садизма к садизму вынужденному, местью продиктованному, — осталось без малейшего отклика в широкой печати и у медиумов, остается неясным. В случае какой-то ошибки с этим открытием обращайтесь по адресу, мы тут ни при чем.

Возвращаюсь к нашим алмазам: это могущественный талисман, дающий его владельцу силу и храбрость, успех в бою. Женщине помогает при родах, нивелирует действие яда и повышает настроение.

Кардинал Мазарини купил в разное время 12 великолепнейших и ценнейших бриллиантов, но вынужден был держать их в своем секретере, ибо никогда в жизни не осмелился надеть их: Людовик XIV заметил ему, что их достоин носить только король. Этот «Король-солнце», как он себя именовал, со свойственной ему философией «государство — это я», не всегда встававший с судна при иностранных послах, надеялся, конечно, что прозрачный намек кардинал поймет правильно. Но кардинал, тайный муж матери Людовика XIV Анны Австрийской, о которой столько писал А. Дюма в своих знаменитых «Трех мушкетерах», настолько скупым был по характеру, что заставлял короля на рваные простыни ложиться и в задрипанном халатишке ходить, — не имел силы с бриллиантами расстаться. Вынужден был их блеском любоваться в одиночестве.