Загадочный любовник

Он приготовился к быстрому броску, чтобы в случае чего помешать ей позвать на помощь, но Кэролин спокойно лежала на диване и молча за ним наблюдала.

Он оказался прав — она предусмотрительно подперла стулом дверь в коридор, но при этом забыла, что дверь, ведущая на террасу, тоже несла в себе угрозу.

— Ты не против, если я зажгу свет? — спокойно спросил он, закрыв дверь и заперев ее на ключ. Теперь пташка не скоро выпорхнет из клетки, так как все выходы надежно заблокированы. Значит, времени у него предостаточно.

— Против, — сказала она тоном, не терпящим возражения.

— Предпочитаешь, чтобы все прошло в потемках?

— Ты о чем? Имей в виду, я умею очень громко кричать.

— Да в этом доме все глухие, кто по старости, кто по желанию. А я двигаюсь очень быстро, даже в темноте. Ты и пикнуть не успеешь.

— Зачем ты пришел?

Он подошел ближе. Несмотря на темноту, он заметил, что лицо у нее бледное, а в глазах полыхает огонь. Алекс посчитал это хорошим знаком, он боялся застать Кэролин в слезах."

"Не то, чтобы вид плачущей женщины трогал его за душу, вовсе нет, просто Алексу казалось, что ему будет тяжело смотреть на слезы Кэролин Смит. Ведь он знал, что она плакала из-за него.

В детстве он принес ей немало горя, она часто плакала из-за его проделок. Он хотел положить этому конец.

— Можно, я сяду?

Он подумал, что обычная вежливость не повредит.

— Нет.

И все-таки он присел в ногах ее кровати, возле ее фигурки, закутанной в пушистый плед. Она тут же отпрянула от него, как от гремучей змеи, и он еле сдержался, чтобы не запустить руку под покрывало и не схватить ее за лодыжку. Ему не хотелось усугублять ситуацию.

Казалось, целую вечность они просидели в напряженной тишине. Алекс хотел, чтобы она первой начала разговор, но Кэролин Смит хранила упрямое молчание. Прямо как Салли, раздраженно подумал Алекс. Значит, придется самому начать разговор, иначе он застрянет здесь на всю ночь.

— Ты не хочешь задать мне вопросы? Накричать на меня, наконец?

— Зачем? Криком здесь не поможешь. К тому же ты сам ответил на все вопросы.

Вот и хорошо, сказал себе Алекс. Пускай она думает, что я самозванец, мошенник и лжец. Сказать-то он сказал, но сам себе не поверил.

— Ну, хорошо, — нехотя сказал он. — Значит, настала моя очередь задавать вопросы. Что ты намерена предпринять?

— Ты о чем?

— О том, что я вовсе не Алекс Макдауэлл, а самозванец. Вижу, что ты не бросилась сообщать об этом Салли, а может, решила подождать с этим до утра? Или ты хочешь сдать меня в полицию?

— Вообще-то я думала обратиться к юристам.

— Довольно глупо с твоей стороны, — проворчал он. — Может, кто-то из них тоже замешан в этом деле. Ты же знаешь, что это народ ушлый, особенно если речь идет о миллионах.