Воскрешенный любовник

Из пассажирской двери выглядывал мужчина в хирургической форме, махая ей рукой… а когда Бородатый открыл рот, мужчина вскинул ладонь верх.

— Распоряжение врача.

— Есть риск нашей безопасности.

— Он жив и спрашивает про неё. А ты любишь пострелять. Так в чем твоя проблема?

Послышалось бормотание, но Эрика проигнорировала его… Как и доктор с распоряжениями. Но когда она подошла к фургону скорой помощи, Эрике предложили руку, и она приняла её… потому что сейчас ей было всё равно, кто и что о ней подумает.

Салон фургона напоминал гараж — такой же опрятный и чистый, и панель была отодвинута в сторону, открывая проход в медицинскую зону.

Пациент лежал на прежнем месте, на столе из нержавеющей стали, накрытый простыней. И словно почувствовав её появление, мужчина повернул голову и посмотрел на неё….

С отчаянием, которое она не понимала, мужчина протянул руку… и Эрика даже не пыталась удержать себя в стороне. По причинам, о которых она подумает позднее, она бросилась на его голую грудь, прижимаясь изо всех сил."

"— Я думала, что ты умер, — прошептала она сквозь слезы, которые не смогла сдержать.

— Я тоже, — выдохнул он хрипло.

Когда его огромные руки обернулись вокруг неё, крепко сжимая, Эрика сделала первый свободный вдох, казалось, за целый год.

Или даже десятилетие.

Глава 20

Для Балза крепко обнимать эту женщину — самая естественная вещь в мире. Хотя он чувствовал слабость в теле, его душа была непоколебима, и из нее он черпал силы на то, чтобы поднять руки. Это мгновенье, этот жизненно-важный, необыкновенный момент, он мечтал о нем с самой их первой встречи.

И он пожертвовал Забвением ради спасения ее жизни.

— Ты в порядке? — прохрипел он.

Когда она покачала головой, Балзу была неприятна мысль, что Эрика видела, что он сделал… слышала, что говорила Девина.

— Я не знаю, что там произошло, — прошептала она. — С чем ты сражался… что ты сделал…

Ее губы двигались, прижимаясь к его плечу, нос был заполнен ее ароматом, ее голос звучал возле его уха… от этой комбинации его мозг закоротило, но Балз был не против. Он и рад оставаться на месте, купаясь в Эрике.

Но он не хотел игнорировать ее вопрос, Эрика заслужила честный ответ. Которого у него не было.

— Мне жаль, — сказал Балз слабым голосом.

Она подняла голову, и он смог рассмотреть ее орехового цвета глаза. Прическа была растрепана, выбившиеся пряди обрамляли ее лицо, а еще у нее на щеке была царапина, при виде которой мгновенно хотелось вызвать Мэнни и потребовать для нее операционную.

Хотя сама ранка, наверняка, нуждалась в простом пластыре.

— Привет, — поздоровался он как последний неудачник.

Эрика смахнула волосы назад. Потом открыла рот, и по ее напряжённому выражению лица он решил, что она хотела что-то сказать.