Священный любовник

Он постригся по-военному после превращения, но ему нравилось носить хвост. У него были хорошие волосы.

Боже, собачий ошейник добавлял ему сексуальности…

— Алло? — требовательно позвала девчонка.

Раздраженный, он уставился на нее в зеркало.

— Ты же на самом деле не ожидаешь, что я буду волноваться о том, кончила ли ты?

На мгновенье она казалась сбитой с толку, будто в коробке взятого на прокат ДВД оказался другой фильм.

— Прошу прощения?

— Что конкретно ты не поняла?

От шока она заморгала, как рыба.

— Я не… понимаю.

Да, очевидно на экране показывали «Дебби покоряет Даллас», а не «Красотку».

Он окинул взглядом уборную.

— Ты позволила мне привести тебя сюда, задрать юбку и трахнуть сзади. И ты удивляешься, что мне все равно? Что конкретно ты думала должно произойти?

Оставшийся оттенок шокированного выражения в стиле «я-хорошая-девочка-занимающаяся-дрянными-делишками» исчезла с ее лица.

— Тебе не обязательно грубить.

— Почему сучки вроде тебя всегда так удивляются?

— Сучки? — ханжеский гнев перекосил ее лицо, превращая из красавицы в Горгону… и все же, делая ее более интригующей. — Ты не знаешь меня.

— Нет, знаю. Ты — шлюха, которая позволила парню, которого никогда раньше не встречала, кончить себе в рот в туалете. Да ладно. Проституток я уважаю хотя бы потому, что им платят чем-то большим, чем сперма.

— Ты такой ублюдок.

— А ты наводишь на меня скуку. — Он потянулся к дверной ручке.

Она схватила его за руку.

— Будь осторожен, козел. Я в мгновение ока могу усложнить тебе жизнь. Ты знаешь, кто мой отец?

— Кто-то, кто не смог правильно воспитать ребенка?

Ее правая рука ударила ее прямо по лицу.

— Иди к черту.

Окей, драка определенно делала блондинку более интересной.

Его клыки запульсировали во рту, и он был готов прокусить ее шейку как сладкую тянучку в упаковке. Но потом кто-то постучал в дверь, напоминая ему, что он находился, в общественном месте, она была человеком, а полиция — та еще стерва.

— Ты еще пожалеешь, — выплюнула она.

— О, да ты что? — Наклонившись ближе, он удивился тому, что она не отступила. — Ты ничего мне не сделаешь, милашка.

— Берегись меня.

— Ты даже не знаешь моего имени.

Ледяная улыбка сделала ее старше.

— Я знаю достаточно…

Кто-то снова долбился в дверь.

Прежде, чем она сообразила еще раз его треснуть, что он без сомнения не оставит безответным, Лэш слинял из ванной, оборонив напоследок:

— Опусти юбку вниз, сделай милость.

Парень, который стучал с другой стороны, кинул на него один взгляд и тут же отступил назад.

— Прости, мужик.

— Лады, — сказал Лэш, закатывая глаза. — Возможно, ты спас жизнь этой сучке.

Человек засмеялся.

— Тупые шлюхи. Невозможно терпеть их, и прибить нельзя.