Разоблаченный любовник

Почему…

— Уходи, Марисса. — Его голос был мрачным и обеспокоенным. — Как только я смогу, я найду тебя.

Черта с два, подумала она.

Дева в Забвении, так же как с Рофом, от начала и до конца, да? Она ждала, всегда ждала, пока мужчина занимался более важными делами где-нибудь в другом месте.

Она уже потратила четыре столетия на беспочвенные ожидания.

— Я не сделаю этого, — прошептала Марисса. С большей уверенностью: — Я не стану больше ждать. Даже тебя. Уже прошла почти половина моей жизни, и я истратила ее сидя дома, надеясь, что мужчина придет за мной. Я так больше не могу… не имеет значении, насколько я… беспокоюсь о тебе.

— Я тоже о тебе беспокоюсь. Вот почему прошу тебя уйти. Я защищаю тебя.

— Ты… «защищаешь» меня? — она смерила его взглядом, прекрасно зная, что он оттащил от нее Хэйверса лишь потому, что сработал элемент неожиданности, и Хэйверс был гражданским. Будь ее брат воином, он бы сровнял Бутча с землей. — Ты защищаешь меня? Боже, я без усилий могу поднять тебя над собой, Бутч. Нет ничего на физическом уровне, что я не сделала бы лучше. Так что не делай мне одолжений.

Эти слова, определенно, были очень неподходящими.

Бутч отвел глаза и скрестил на груди руки, сжав при этом губы.

О, Боже.

— Бутч, я не имела в виду, что ты слаб…

— Я очень рад, что ты напомнила мне кое о чем.

О, Боже.

— О чем?

Его натянутая улыбка ужасала.

— Я нахожусь ниже тебя по двум параметрам. Социально и эволюционно. — Он кивнул в сторону двери. — Так что… да, двигайся дальше. И ты полностью права. Не жди меня.

Она хотела подойти к нему, но его холодный взгляд остановил ее. Черт возьми, она все испортила.

Нет, сказала она себе. Нечего было портить. И не будет, если он собирается отгородить от нее все опасные стороны своей жизни. Вероятно, Бутч собирается уйти, оставить ее, и вернуться в какой-нибудь неопределенный момент времени, который может и не наступить.

Марисса подошла к двери и посмотрела на него еще раз. Бутч с обернутой вокруг бедер простыней, обнаженной грудью, все еще заживающими шрамами… этот образ она бы пожелала забыть и никогда не вспоминать.

Она вышла, воздушная пробка со свистом закрылась.

Вот черт, подумал Бутч, опускаясь на пол. Так вот каково это, когда с тебя живьем снимают кожу.

Потирая челюсть, он уселся на пол, уставившись в никуда, потерянный, хотя и знал, в какой комнате был, наедине с остатками зла внутри себя.

— Бутч, приятель.

Он поднял голову. Вишес стоял на пороге, одетая для битвы, здоровенная, носящая кожу машина для убийств. Чехол для одежды от Валентино, висящий на его правой руке, казался настолько неуместным, как и дворецкий с АК-47.

— Чееерт, Хэйверс с ума сошел, раз выписывает тебя. Дерьмово выглядишь.

— Просто плохой день. — Их будет еще больше, так что ему следует привыкнуть.