Разоблаченный любовник

— Думаю, тебе лучше поехать за мамой. Мы с Шоном справимся. Может, кто-нибудь из твоих сестер поедет с нами?

— Да. Может, Колин?

Какое-то время они молчали, наблюдая за дыханием Шона.

Потом Майк сказал:

— Ты обираешься его позвать?

Ей захотелось выругаться. В семье О'Нилов, был только один «он». Брайан. Бутч. «Он». Из шести детей Эдди и Одэлл О'Нил, двое были утеряны. Дженни убили, а Бутч фактически испарился после средней школы. Последнее было благословением, тогда как первое — проклятием.

— Он не придет!

— В любом случае, тебе следует его пригласить.

— Если он появится, мама потеряет самоконтроль.

Быстро прогрессирующее безумие Одэлл означало, что иногда она считала Бутча мертвым. Вот почему он не появлялся. Другой вариант обращения с отсутствующим сыном — это сочинение сумасбродных историй о нем. Будто он баллотировался в мэры Нью-Йорка. Или пошел в медицинскую академию. Или, что он был сыном своего отца, и вот почему Эдди не мог его терпеть. Все это было чушью. Первые два были, очевидно, причинами, последнее — правдой. Эдди не любил Бутча, он не любил всех своих детей.

— В любом случае, тебе следует его пригласить, Джойс. Это его семья.

— Не совсем.

Последний раз она разговаривала с братом…Боже, на свадьбе, пять лет назад? И с тех пор никто больше его не видел и не слышал о нем. Из всей семьи лишь отец получил весточку от Бутча в…августе? Да, в конце лета. Он сообщил номер, по которому с ним можно связаться, и все.

Шон издал легкий свист через нос.

— Джойс?

— О, да ладно, он не приедет, даже если я попрошу.

— Но ты заслужишь уважение за приглашение, и тебе не придется иметь с ним дело. А, может, он тебя удивит?

— Майк, я не стану ему звонить. — Кому нужны еще проблемы в этой семье? Будто сумасшествия и Альцгеймера матери недостаточно?

Она указала на часы.

— Эй, место преступления уже ждет?

Она решительно вытолкала мужа из детской, отвлекая от вещей его не касавшихся.

Марисса не знала, в каком часу проснулась, но знала, что спала долго. Открыв глаза, она улыбнулась. Бутч спал, прижавшись к ее спине, его массивное бедро покоилось между ее ног, рука лежала на ее груди, а голова уткнулась в шею.

Медленно повернувшись к нему лицом, она скользнула взглядом по его телу. Простыня, которую он натянул на себя, сейчас сползла, и под тонким больничным халатом, что-то плотное лежало на его бедре. Боже мой… эрекция. Он был возбужден.

— На что ты смотришь, детка? — спросил Бутч хриплым голосом.

Она подпрыгнула и посмотрела на него.

— Я не знала, что ты проснулся.

— А я и не засыпал. Смотрел на тебя часами. — Он вернул простыню на место, и улыбнулся. — Как ты?

— Хорошо.

— Хочешь, закажем завтр…

— Бутч.