Пробужденный любовник

Она хотела его.

Когда дверь ванной захлопнулась, и послышался звук бегущей воды, она потерла глаза, решив, что, видимо, выжила из ума. Этот мужчина видел угрозу в простом прикосновении к своей руке. Неужели она, и правда, думает, что сможет разделить с ним постель?

Недовольная собой, она взглянула на еду. Это был цыпленок с травами, жареная картошка и кабачок. Стакан воды и бокал белого вина, два светло-зеленых яблока Грэнни Смит и кусок морковного пирога. Она взяла вилку и проткнула цыпленка. Она хотела съесть все, что было на подносе, только потому, что он оказался достаточно заботлив, чтобы принести это ей.

Когда Зейдист вышел из ванной в одних нейлоновых тренировочных штанах, она замерла и уставилась на него. Свет свечей отливал на кольцах в его сосках, падал на тугие мышцы рук и живота. Кроме шрама в форме звезды, обозначавшего его принадлежность к Братству, на обнаженной груди виднелась свежая царапина и синяк.

— Ты ранен?

Он подошел ближе и осмотрел тарелку.

— Ты мало съела.

Она не ответила, потому что взгляд ее опустился до выпирающих бедренных костей над низкой талией штанов. Боже… еще немного ниже, и она смогла бы увидеть все.

Внезапно она вспомнила, как он отчаянно пытался отмыть себя, думая, что он грязный. Сглотнув, она в очередной раз спросила себя, что же сделали с ним, каким сексуальным истязаниям подвергали? Желание к нему казалось… неуместным. Навязчивым. Хотя это и не меняло ее чувств.

— Я не очень голодна, — прошептала она.

Он подтолкнул поднос ближе к ней.

— Поешь в любом случае.

Когда она снова принялась за цыпленка, он взял оба зеленых яблока и ушел в другой конец комнаты. Откусил от одного, сел на пол, скрестив ноги и опустив глаза. Одна рука легла ладонью на живот, пока он жевал.

— Ты поел внизу? — Спросила она.

Он покачал головой, снова впиваясь зубами в яблоко: сочный хруст разнесся по комнате.

— Это весь твой ужин? — Он пожал плечами, и она пробормотала. — И ты приказываешь мне есть?

— Да, приказываю. Так почему бы тебе не вернуться к этому занятию, женщина?

— Тебе не нравится цыпленок?

— Мне не нравится еда. — Он не поднимал глаз, но голос его стал настойчивее. — Теперь ешь.

— Почему тебе не нравится еда?

— Не могу ей доверять. — Коротко ответил он. — Если ты не сделал ее сам и не можешь видеть ее целиком, откуда тебе знать, что в нее положили?

— С какой стати кто-то стал бы портить…

— Я разве не упоминал, как я не люблю разговоров?

— Ты поспишь сегодня со мной?

Она выпалила просьбу, решив, что лучше получить ответ сейчас, перед тем, как он окончательно закроется от нее.

Его брови чуть сдвинулись.

— Ты, правда, этого хочешь?

— Да, хочу.

— Тогда, да.